Что делать, если за вашей спиной кто-то распорядился вашим гостеприимством? В канун Нового года на пороге дома уже стоят гости, которым наобещали пир горой, но вместо накрытого стола их ждет ледяное разочарование и неудобная правда.
Лида стояла у кухонной раковины, выжимая тряпку, и смотрела на новую разделочную доску. Массивная, дубовая, с красивым рисунком волокон, она лежала посередине стола как артефакт, внезапно материализовавшийся из другой реальности. Утром ее здесь точно не было. Лида помнила каждую вещь на этой кухне, помнила, сколько стоила каждая кастрюля, каждая ложка, а вот эту доску она не покупала. Она провела ладонью по холодной поверхности: дерево было гладким, отшлифованным до шелковистости. Дорого. Слишком дорого для их бюджета.
Лида почувствовала, как внутри что-то сжалось — не от радости, а от тревоги, будто кто-то чужой вошел в ее пространство, переставил мебель и ушел, не объяснив зачем.
— Нравится? — Андрей возник в дверном проеме, сияющий, в новой рубашке. Он широко улыбался так, как улыбаются люди, которые только что сделали что-то великое и ждут восхищения.
— Это ты? — Лида повернулась к нему, стараясь держать лицо ровным.
— Ну конечно я! Маленький аванс к празднику. — Он подошел, обнял ее за плечи. — Ты же у меня волшебница на кухне, вот пусть будет достойный инструмент для кулинарных шедевров.
Его тон был слишком бодрым, жест — слишком широким. Лида чувствовала фальшь в каждом слове, но не могла объяснить, в чем именно она заключается.
— Спасибо, — выдавила она, натягивая улыбку. — Красивая.
— Вот и отлично. — Андрей чмокнул ее в макушку и отпустил. — Я пошел, у меня созвон. Ты тут справишься?
— Справлюсь.
Вечный вопрос. Лида всегда справлялась. Она кивнула, и Андрей исчез за дверью гостиной. Через секунду оттуда донеслись звуки включающегося компьютера и его приглушенный голос:
— Да, привет, я подключился.
Лида осталась одна на кухне. Она снова посмотрела на доску. Ценник был оторван аккуратно, но на обратной стороне остался след от наклейки — липкий квадратик. Лида потерла его ногтем. След не поддавался. Доска ощущалась не как подарок. Она ощущалась как улика.
Вечером, когда Андрей ушел на встречу с друзьями, Лида открыла ноутбук и зашла в банковское приложение. Привычка проверять счета стала у нее второй натурой после того, как три года назад она поняла, что Андрей воспринимает деньги как нечто абстрактное, не требующее учета. Ипотека, коммуналка, продукты, бензин… Лида вела таблицу, куда заносила каждую статью расходов. Квартира была оформлена на них обоих, но первоначальный взнос — 2 миллиона — она внесла сама, продав бабушкину дачу под Днепром. Андрей тогда пообещал, что будет платить половину ежемесячного взноса. Обещание продержалось четыре месяца, потом у него «начались проблемы с проектом», потом «задержали оплату», потом что-то еще. Лида молча взяла на себя всю ипотеку. И коммуналку. И продукты.
Она смотрела на цифры на экране. Зарплатная карта — ее. Накопительный счет — их общий, но пополняла его только она. На нем лежало 80 тысяч. Результат трех месяцев жесткой экономии. Лида откладывала на летний отпуск. Хотела съездить к морю, в Одессу, снять домик подальше от толп туристов. Она уже нашла варианты, сохранила ссылки.
Андрей зарабатывал, но нестабильно. Фриланс-дизайнер: то густо, то пусто. Когда густо, он покупал себе новые кроссовки, новый телефон, ужинал с друзьями в ресторанах. Когда пусто, Лида затыкала дыры.
Она закрыла ноутбук и посмотрела в окно. За стеклом падал мокрый снег, таял на асфальте. До Нового года оставалось несколько дней. Лида не любила этот праздник. Слишком много ожиданий, слишком мало радости. Всегда казалось, что все вокруг играют в счастье, а она одна видит декорации.
Телефон завибрировал на столе. Лида глянула на экран. Тамара Игнатьевна. Свекровь. Лида взяла трубку, заранее готовясь к привычному напряжению.
— Алло, Тамара Игнатьевна.
— Лидочка, здравствуй, дорогая, — голос свекрови был медовым, обволакивающим. — Как дела? Как здоровье?
— Спасибо, все хорошо.
— Ну и замечательно. Андрюша дома?
— Нет, он вышел.
— Понятно. — Пауза. Лида знала эти паузы: за ними всегда следовало что-то неприятное. — Слушай, я вот все думаю, как вы там, в вашем дворце. Квартира-то какая шикарная, Андрюша все хвастается.
Лида сжала губы. «В вашем дворце». «Андрюша хвастается». Свекровь никогда не упускала возможности напомнить, что квартира — это якобы заслуга ее сына, а не Лиды.
— Живем нормально, — ответила Лида нейтрально.
— А готовитесь к празднику? Я вот вчера была у Иры, она уже все закупила, холодильник забит. Говорит, будет и холодец делать, и заливное. А ты что готовишь?
— Пока не решила.
— Как не решила? — в голосе свекрови прозвучала нотка удивления, граничащая с упреком. — Лидочка, до Нового года неделя с копейками. Ты же знаешь, в магазинах потом все раскупят.
— Успею, — сказала Лида коротко.
— Ну-ну. — Тамара Игнатьевна явно осталась недовольна ответом. — А вы как встречать будете? Вдвоем?
Вот оно. Лида насторожилась.
— Да, вдвоем.
— Ой, как грустно. Молодые, а сидите как старики. — Свекровь вздохнула театрально. — Мы вот с Геной и Ирой думали собраться всей семьей. Давно не виделись. Вот было бы здорово! По-семейному, за большим столом. Помнишь, как раньше, в советское время? Все вместе, шумно, весело. А сейчас все разбрелись…
Лида молчала. Она чувствовала, как свекровь прощупывает почву, готовясь к атаке.
— Ладно, не буду тебя отвлекать. Передавай Андрюше, пусть позвонит матери. — Голос стал чуть холоднее. — Целую.
Лида положила трубку и выдохнула. Все понятно. Тамара Игнатьевна уже что-то задумала. Она никогда не звонила просто так.
На следующий день Лида собиралась оплатить коммунальные услуги и открыла банковское приложение. Зашла на накопительный счет. Цифры на экране на секунду перестали восприниматься. Лида моргнула, обновила страницу.
Ноль денег. Нет, не ноль. Триста есть. Остаток после списания. Восемьдесят тысяч исчезли.
Лида похолодела. Руки задрожали. Она кликнула на историю операций. Вчера, в пятнадцать часов двадцать три минуты. Перевод на карту Андрея Сергеевича Крылова. Восемьдесят тысяч.
Она сидела неподвижно, глядя в экран. В голове пульсировала одна мысль: он взял все деньги. Без спроса. Без предупреждения. Просто взял и перевел себе на карту.
Дверь в прихожей хлопнула. Андрей вернулся…
Обсуждение закрыто.