Её спокойствие не означало равнодушия. Когда-то Оксана действительно верила, что Тарасу просто нужно время, чтобы встать на ноги. Она терпеливо оплачивала счета, покупала продукты и не спрашивала, почему очередной небольшой гонорар снова исчез после разговора с его матерью. Но сегодняшнее заявление прозвучало не как честное признание растерянного человека. Муж словно репетировал каждую паузу и ждал от неё определённой реакции — испуга, просьбы остаться или обещания заплатить за его благосклонность. Именно это ожидание и насторожило Оксану сильнее самого слова «развод».
Квартира, в которой они жили, досталась Оксане от бабушки задолго до свадьбы. Дом был старым, но крепким: высокие потолки, толстые стены, добротный паркет. Тарас въехал туда с чемоданом одежды, коробкой книг и уверенностью, что скоро непременно найдёт дело, достойное его способностей.
Свою профессию он определял расплывчато — «специалист широкого профиля». В действительности редкие переводы статей чередовались у него с долгими периодами поисков себя. Заработанные деньги почти не задерживались в семейном бюджете. Значительная их часть уходила Лидии Петровне, его матери, которая считала сына непризнанным талантом и любое недовольство невестки воспринимала как покушение на его великое будущее.
Домашние обязанности при этом незаметно стали исключительной заботой Оксаны. Тарас мог часами рассуждать о работе, которая соответствовала бы его уровню, но просьба оплатить связь или зайти за продуктами вызывала у него усталость. Жена не вела список каждой купленной буханки и не напоминала, чьи деньги уходят на свет, воду и интернет. Она надеялась, что партнёрство ещё сложится. Теперь же выяснялось, что её терпение супруг и его мать записали не в поддержку семьи, а в доказательство того, будто Тарас принёс в дом неоценимую жертву…
