— Я еще интернет сюда включила, телевидение, домофон, плюс ремонтный фонд дома, плюс вода, свет. Если не нравится, снимайте что-нибудь свое.
Они заплатили. У Киры после этого осталось на руках двадцать тысяч. Через неделю свекровь попросила еще пять. Якобы нужно было сантехника вызвать, потому что в ванной кран потек.
— Это из-за вас, — сказала она многозначительно, — слишком сильно закручиваете.
Кира снова заплатила, хотя кран чинили в итоге сами, и Артем потратил на запчасти триста гривен. Жанна Борисовна вообще обожала перекладывать расходы. Она покупала продукты, а потом на кухне вслух подсчитывала, сколько чего съедено, и намекала, что неплохо бы компенсировать. Кира начала покупать еду отдельно и прятать в своей комнате. Но свекровь это тоже не устроило.
— Что ты, как мышь, таскаешься со своими пакетами? Мы тут что, чужие люди?
— Я просто не хочу вас обременять, — ответила Кира, и в горле встал ком.
— Ага, не хочешь. Зато холодильник мой, плита моя, посуда моя, а ты тут как квартирантка.
Артем ничего не говорил. Он приходил с работы вымотанный, ложился на диван, включал сериалы. Кира пыталась с ним разговаривать, но он отмахивался:
— Потом, Кир, я устал.
Она терпела. Думала, еще немного, еще пару месяцев — и они накопят на съем. Но в ноябре Артему задержали зарплату. Потом еще раз.
— Проект сорвался, — сказал он.
Кира верила, хотя проверить было невозможно. Все деньги уходили на коммуналку, на еду, на бензин. Ее сорок пять тысяч испарялись за две недели. А Жанна Борисовна продолжала прессовать. Она начала жаловаться на здоровье и намекать, что неплохо бы молодым купить ей лекарства. Кира покупала. Свекровь просила привезти продуктов с рынка:
Обсуждение закрыто.