Она стояла в густой тени бетонной ограды, крепко сжимая защитную каску и прижимая её к груди, словно единственный щит от окружающего мира. Елене Кравченко было всего двадцать четыре года, она была высокой, стройной девушкой с глазами, в которых ещё теплился живой свет. Совсем недавно она с отличием окончила Академию в Киеве.
Она искренне мечтала служить в структурах, где закон — это не пустой звук, а основа порядка и справедливости. Елена наивно полагала, что исправительное учреждение — это история про контроль, надежную охрану и высокую ответственность. Она даже не догадывалась, что здесь, в этих мрачных стенах, обитает настоящее зло, сырое, зловонное и примитивное, которое совершенно не скрывается.
Тюрьма, в которую она пришла на службу, была старой постройкой ещё советских времен. Стены здесь давно облупились, в камерах стоял тяжелый запах, а вентиляция практически не работала. Здесь было не просто морально тяжело, здесь было по-настоящему опасно для жизни.
Но Елена никогда не жаловалась на трудности службы. С самого первого дня она осознала, что смотрит на осужденных совсем не так, как остальные контролеры и охрана. Она видела в них прежде всего людей, пусть изломанных судьбой, испорченных, но всё же людей.
И именно это человеческое отношение стало её главной ошибкой в этой системе. Проблемы начались во время одной, казалось бы, обычной ночной смены, когда всё шло по графику. Один из заключенных, щуплый парень по кличке Шустрый, лежал на грязном полу камеры с сильно разбитым лицом.
Елена немедленно вызвала дежурного фельдшера для оказания помощи. Но когда она поняла, кто именно сотворил это с заключенным, то застыла на месте от возмущения. Это сделал старший смены, Бондаренко, огромный детина с ручищами как у медведя, который обожал «учить» зэков жизни.
Кравченко не смогла сдержаться и промолчать. Она прямо сказала ему в лицо, что он не имеет никакого права избивать человека. Он уже отбывает наказание, он за решеткой и не может ответить.
А вы кто после этого, зверь? Бондаренко сначала громко рассмеялся, а потом грубо схватил её за запястье. Ты, девочка, здесь новенькая, а новеньким лучше держать язык за зубами.
Особенно таким правильным, как ты. Но Елена не отступила от своих принципов и написала официальный рапорт. Она подробно указала в документе фамилии, место происшествия и точное время.
Она тогда ещё не знала, что этим поступком фактически подписала себе приговор….
Обсуждение закрыто.