Соседи, проезжавшие мимо на своих дорогих внедорожниках, только откровенно смеялись над странной картиной. Они с насмешкой призывали друг друга посмотреть на девчонку, которая от безысходности играет в рисование на земле. Тарас Кравченко, опустив стекло машины, крикнул ей, что она тратит свое время впустую. Он авторитетно заявил, что для стройки ей обязательно нужны пеноблоки, цемент, профессиональный инструмент и квалифицированная бригада строителей. Жена военного Осадчего из жалости принесла ей корзинку с продуктами и тихо добавила, что к первым серьезным заморозкам бедняжка уже будет мертва.
Но Елена совершенно не играла в стройку и была настроена максимально серьезно. На следующий день, когда солнце едва показалось над горизонтом, она начала методично копать. У нее не было хорошей штыковой лопаты, поэтому в ход пошла найденная заостренная арматура, кусок доски и собственные руки. Она копала изо всех сил, не обращая внимания на пот и нарастающую усталость. Степная земля оказалась невероятно твердой, десятилетиями спрессованной мощными корнями дикой травы.
Каждые тридцать сантиметров глубины отнимали у хрупкой девушки целый день изнурительного физического труда. Кожа на руках быстро стерлась до крови, ногти ломались, а спина каждую ночь невыносимо болела от перенапряжения. Она спала прямо на голой земле рядом со своим раскопом, завернувшись в единственное одеяло и положив походный мешок под голову. На третий день священник Волошин специально пришел посмотреть на процесс ее работы. Он долго стоял на самом краю образовавшейся ямы, глядя на нее сверху вниз, и наконец спросил, чем именно она занимается.
Елена даже не прекратила копать и ответила абсолютно ровным голосом, не поднимая уставших глаз. Она вежливо сообщила, что строит свой дом, на что тучный мужчина лишь снисходительно рассмеялся. Он безапелляционно заявил, что это вовсе не дом, а сырая могила, которую она сама себе упорно роет. Священник прочитал нотацию о том, что людям даны руки, чтобы строить высокие здания вверх, а не зарываться вниз, словно животные. Елена с силой вонзила свой импровизированный инструмент в грунт и посмотрела прямо ему в глаза.
Она твердо ответила, что земля также создана для того, чтобы надежно защищать своих детей в трудную минуту. Мужчина недовольно ушел, бормоча про себя что-то о невероятной дерзости и глупости современной молодежи. Дни шли своим чередом, а глубокий раскоп становился все шире. Когда она достигла глубины в полтора метра, Елена с облегчением обнаружила, что грунт стал поддаваться намного легче. Нижние слои почвы были более влажными, мягкими и податливыми для копки.
Она углубила яму до двух метров, после чего начала тщательно придавать ровную форму будущим стенам. Девушка усердно разглаживала их руками, плотно утрамбовывая влажную землю, словно месила густое тесто. Затем она выровняла пол мелким гравием, который день за днем приносила в подоле своей куртки с пересохшего русла балки. Ходка за ходкой, каждый камешек был уложен с огромной заботой, чтобы создать дренажную поверхность, которая впитывала бы и надежно удерживала тепло. Ей нужна была крепкая крыша, но денег на покупку балок на пилораме совершенно не оставалось.
Поэтому она долго бродила вдоль Вербовой балки в поисках поваленных непогодой старых деревьев. Елена нашла мертвые высохшие тополя, толстые ветви и прочные стволы толщиной с ее руку. Она тащила их по одному прочной веревкой, привязанной к поясу, с трудом поднимая по склону от ручья до своего раскопа. Каждый ствол был настолько тяжел, что ей приходилось останавливаться каждые десять метров, чтобы просто восстановить дыхание. Соседи, изредка видевшие ее за этим занятием, думали, что она просто собирает дрова для костра.
Они даже не догадывались, что молодая девушка подбирает несущие балки для полноценного перекрытия. Она тщательно отобрала самые прямые стволы диаметром около десяти сантиметров и длиной два с половиной метра. Елена уложила их поперек своего раскопа с равным промежутком примерно в тридцать сантиметров. Получился прочный и надежный каркас, напоминающий деревянный скелет будущей крыши. Затем она вышла в степь с острым ножом и начала аккуратно нарезать квадраты дерна.
Дерн — это плотные блоки земли с еще живыми, густо переплетенными корнями степной травы. Каждый такой природный блок был около тридцати сантиметров в ширину, шестидесяти в длину и восьми сантиметров в толщину. Они оказались настолько тяжелыми, что она едва могла их оторвать от земли и перенести на нужное место. Девушка методично и упрямо резала, несла и укладывала эти экологичные строительные блоки. Один за другим она клала тяжелые квадраты дерна на тополиные балки, создавая плотные слои изоляции…
