Дальше разговор перешёл к деньгам. Оксана отставила чашку, будто заранее знала, что эта тема меня заденет.
— В моём привычном представлении, если мужчина зовёт девушку в ресторан, обычно он и платит, верно?
— Чаще всего да. По крайней мере, этого ждут.
— В Германии девушка заплатит за себя сама: кофе, кино, ужин, билет. Делить расходы пополам — почти священное правило. Для многих немок это вопрос достоинства.
Она объяснила, что женщины там долго отстаивали равноправие и теперь не хотят зависеть от мужского кошелька. Оплаченный мужчиной ужин некоторые воспринимают не как заботу, а как намёк: за тебя заплатили, значит, могут чего-то ждать или считать тебя слабее.
— Если пара съезжается, всё тоже делится пополам, — продолжала Оксана. — Аренда, коммунальные платежи, продукты, мебель. Неважно, кто зарабатывает больше. Живёшь в квартире — вноси половину.
— Даже если женщина в отпуске по уходу за ребёнком? — спросила я.
— Даже тогда. У моей знакомой был маленький ребёнок, она сидела дома, а муж каждый месяц присылал расчёт: вот твоя часть расходов. Когда денег не хватало, он записывал сумму в долг.
Я подумала, что неправильно услышала.
— Серьёзно? Он записывал долг собственной жене?
— Да. А потом она три недели болела гриппом. Ничего не изменилось: её половина коммуналки, продуктов и прочих трат продолжала копиться. Когда она поправилась, он спокойно сказал, что теперь она должна вернуть ему восемьсот семьдесят евро.
Эта цифра прозвучала сухо и холодно, почти как бухгалтерская строка поверх усталости молодой матери.
— И что она сделала?
— Развелась, — коротко ответила Оксана. — И она не одна. Многие сталкивались с тем, что равноправие в немецком понимании иногда означает: заболела, родила, потеряла работу — всё равно плати свою половину…
