Катя брела по аллеям старого парка. Листья шуршали под ногами. Пруд был мрачным, серым, подернутым рябью от ветра.
«Может, просто исчезнуть?» — думала она. — «Уехать в другой город. Начать все с нуля. Но тогда ведь родители продадут дом. А Игорь и Жанна победят».
Вдруг ее мысли прервал тонкий, отчаянный крик.
— Помогите! Кто-нибудь!
Катя вскинула голову. Крик доносился со стороны пруда. Она побежала. У берега, там, где старые мостки уходили в воду, барахталось что-то маленькое. Мальчишка лет семи. Он цеплялся за скользкие доски, но руки соскальзывали. Он уже не кричал. Только хватал ртом воздух, уходя под ледяную воду. А чуть дальше в воде скулил мокрый комок шерсти. Щенок, из-за которого, видимо, все и случилось.
Катя не думала ни секунды. Страх, депрессия, усталость — исчезло все. Она сбросила пальто на бегу и прыгнула в воду. Холод обжег тело тысячей иголок. Одежда тут же намокла, потянула ее вниз.
— Держись! — крикнула она, гребя к мальчику.
Схватила его за куртку в тот самый момент, когда мальчишка уже скрылся под водой. Рванула вверх. Паренек закашлялся. Вцепился в нее мертвой хваткой.
— Щенка! Спасите щенка! — воскликнул он.
Катя одной рукой держала ребенка, другой потянулась к барахтающемуся малышу. Схватила его прямо за шкирку. Теперь нужно было выбираться. Ноги сводило судорогой. Берег казался недостижимо далеким, хотя был всего в трех метрах.
— Руку! Давай руку, дочка!
С мостков к ней тянулся пожилой мужчина в оранжевом жилете дворника. «Дмитрич» — так его все звали в парке. Он ухватил Катю за запястье своей жилистой сильной рукой и рывком вытащил их наверх. На берегу уже собирались люди. Кто-то вызвал скорую.
— Живой! Живой, слава Богу! — причитала какая-то женщина, укутывая мальчика в свой шарф.
Медики приехали быстро. Артема — так звали мальчика, который оказался детдомовским — увезли в больницу. Катя же осталась стоять, стуча зубами от холода. Щенок дрожал у нее на руках, тычась мокрым носом в шею.
— Ну что, героиня? — осторожно заметил Дмитрич. — Пойдем ко мне, а то заболеешь, чего доброго. У меня буржуйка натоплена.
В сторожке дворника пахло дровами и махоркой. Дмитрич налил ей кружку крутого кипятка с малиной и дал старый тулуп. Щенок, обтертый грубым полотенцем, уже спал у печки, смешно подергивая лапками.
— Как звать-то тебя, русалка? — спросил Дмитрич, подкидывая полено в огонь.
— Катя.
— А я Дмитрич. А дружка этого… — дворник кивнул на щенка, — Боцманом назовем. Уж больно голос у него басовитый. Да и плавает неплохо. Я на флоте служил, знаю толк.
Катя смотрела на огонь, чувствуя, как тепло возвращается в тело.
— Спасибо вам.
— Это тебе спасибо. Мальчонка-то потонуть мог.
В этот момент телефон в кармане просохшего пальто пиликнул. Сообщение от Андрея:
«Катя, Галина сделала анализ. Это яд растительного происхождения. Возвращайся, мы их прижмем».
Она улыбнулась и погладила спящего малыша.
— Ну что, Боцман, пора дать бой пиратам.
Экран ноутбука мерцал в полумраке квартиры Андрея, отбрасывая синие блики на бледное лицо Катерины. Она сидела, обхватив себя руками, и не могла оторвать взгляда от видеозаписи. Картинка была черно-белой, но суть происходящего была предельно ясна. На экране муж ходил по гостиной, прижав телефон к уху.
— Да послушай ты, я все отдам. Сделка по дому на мази. Там заминка с документами. Неделя, максимум две. Не включай счетчик, умоляю. — Пауза. Игорь слушал собеседника. Лицо его на экране исказилось от страха. — Нет, я не прячусь. Я болею, правда. Лежу пластом.
— А деньги будут?
— Четыре миллиона. Да, все сразу. Только не трогай меня.
Катя нажала на пробел. Видео замерло. Андрей, стоявший за ее спиной, тяжело вздохнул и положил руку на спинку стула.
— Это все картежные долги. Твой муж не болен аутоиммунным заболеванием. Он проиграл все, что у него было. И продает тебя, твоих родителей, лишь бы спасти свою шкуру. Теперь ты понимаешь, с кем имеешь дело? — тихо спросил Андрей, присаживаясь перед ней на корточки.
Катя опустила руки. В ее глазах больше не было слез. Там был холодный расчет.
— Я готова. Что будем делать?
— Ждать звонка, — ответил он. — Игорь в панике попытается ускорить процесс, а значит, наверняка совершит ошибку…
Обсуждение закрыто.