Жизнь без прикрасУ её ног стояла клетчатая сумка на колёсиках. Пахло из неё луком и жареным тестом. Я заметила почти чёрные глаза: при свете в них проступали жёлтые искорки, словно в крепком чае, сквозь который смотришь на свет.
Я поняла, что передо мной цыганка, и подумала дурно. Всю жизнь объясняла школьникам, что ни одежда, ни происхождение не дают права судить о человеке, а сама уже ждала: сейчас предложит позолотить ручку, потом объявит, что на мне порча. Сумку я прижала к себе крепче.
— Простите, это вы ко мне? — спросила я сухо.
— К тебе. Больше к кому? Не бери билет.
— Мы с вами незнакомы. И денег у меня нет.
— А я денег не прошу, — спокойно ответила она. — Своих хватает. Пироги сегодня хорошо разобрали. — Она похлопала по клетчатой сумке.
Я уже собиралась отвернуться, когда женщина заговорила снова. Так же тихо, ничуть не настойчивее прежнего.
— Ты учительница. Сорок лет красной ручкой детям буквы правила. Посмотри на правую руку: на среднем пальце даже бугорок остался.
Я невольно взглянула. Бугорок был на месте — такой бывает у всех учителей.
— Для этого не нужно ничего знать обо мне. Любой заметит.
— Любой, — согласилась она. — Но есть то, чего с виду не заметишь. Ты подписала бумаги, не прочитав. Впервые за всю жизнь. Так ведь?
Внутри у меня что-то сорвалось вниз, как бывает в лифте.
— Как вы узнали?
— Он поцеловал тебя в середину лба. Потом сказал: «Там всё стандартное, не мучай глаза». Листов было много, пять или шесть. Ты посмотрела первый, второй — и всё. А на третьем, справа внизу, была цифра. На неё ты не взглянула.
Я не отвечала. Ни одного слова не могла выговорить: всё совпадало, вплоть до поцелуя и просьбы поберечь глаза. Насколько я знала, о том дне могли рассказать только Николай и нотариус.
— Ты к сыну в большой город едешь, — продолжила женщина. — Комнату он тебе обещал? Да ещё с окном на сад.
— Да… Комнату с окном на сад, — прошептала я.
— Окна не будет. И на перроне тебя встретят не сын и не внук с цветами. Будут двое, в синих куртках. Возле них — белая машина с красной полосой. Скажут: «Лариса Михайловна, мы приехали за вами, Николай Викторович попросил». Только домой тебя не повезут.
— Что вы себе позволяете? — Голос получился тонким, чужим; тем самым школьным голосом я когда-то останавливала хулиганов в коридоре. — Вы понимаете, о ком говорите? Это мой сын!
— Понимаю, что сын, — тихо ответила она. — Поэтому и предупреждаю. Жалко мне тебя.
— Следующая! Вы билет будете покупать? Куда едете?
Я вздрогнула от окрика Елены. Пока мы разговаривали, девушка с сумками и мужчина с удочками ушли. Перед кассой никого не осталось; Елена смотрела на меня, постукивая ручкой по столу.
Я подошла к окошку. Открыла рот — сейчас скажу про один билет, плацкарт и нижнюю полку. Но заготовленная просьба застряла в горле. Елена приподняла брови. Совсем близко за спиной было слышно дыхание незнакомки.
— Мне надо подумать, — выговорила я наконец. — Одну минуту, пожалуйста.
Отойдя от кассы, я села у стены на жёсткую пластиковую скамейку. Достала платок. Плакать не собиралась, но рукам нужно было дать какое-нибудь занятие.
Цыганка билет тоже не купила. Постояла немного, поправила шаль и, взяв сумку на колёсиках, направилась мимо меня к выходу. Поравнявшись со скамейкой, наклонилась, словно хотела стряхнуть что-то с моего плеча. Возле кармана пальто я почувствовала лёгкое прикосновение.
— Он позвонит, — сказала она ещё тише. — Ответь, что очередь на три часа, завтра придёшь. Больше ничего не объясняй. Потом объяснишь — когда сама разберёшься, что объяснять.
Я хотела спросить её имя, но не успела. Хлопнула дверь; ко мне донеслись запах жареного теста и сырой ветер.
На часах над кассами было 9:40. Прибавив привычные семь минут, я получила 9:47 и продолжала сидеть, считая время. Господи, до чего дошла: сижу и считаю минуты из-за глупостей, которые наговорила какая-то цыганка.
Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Опасность!! Предупреждение !!