В 17:00 появилась Наталья Денисовна. Вместе с банкой мятных леденцов она принесла диктофон — с виду простой брелок для ключей — и положила его на полку среди цветов.
Когда в половине шестого позвонили, я вздрогнула. Наталья Денисовна показала жестом, что сама откроет, подошла к глазку. За дверью оказалась Нина: знакомая шаль с чёрными розами, клетчатая сумка, запах капустного пирога. За руку она держала вчерашнюю девочку в резиновых сапогах.
— Можно мне с вами посидеть? Не помешаю? — спросила Нина. — А это моя внучка, Катя. Она тихая, хлопот не будет.
— Проходите, — пригласила я.
Нина выбрала табурет в углу. Катя забралась рядом на подоконник и принялась с любопытством разглядывать герань. Галина посмотрела на гостью, затем на меня; спрашивать ничего не стала, лишь подвинула Нине тарелку с пирогом.
Четыре женщины и девочка разместились на моей кухне. У Натальи Денисовны был блокнот, у Галины — вязание. Нина смотрела в окно. Я оставалась возле плиты, держась за её край: ноги плохо слушались, и отпустить опору я не могла.
В шесть вечера пришёл Андрей Петрович. Высокий, худой, с густыми усами, в расстёгнутой форменной куртке. Поздоровался, снял фуражку и сел к столу. Я налила ему чаю.
— Лариса Михайловна, сейчас я у вас в гостях, — объяснил он, беря чашку. — Пока нет ни заявления, ни нарушения. Если понадобится вмешаться, буду действовать по закону.
— Понимаю, — ответила я.
Мы ждали. Маятник часов с кукушкой отстукивал время; за окном уже стемнело. Мелкий дождь продолжал моросить, а отражение дворового фонаря дрожало в луже.
В 18:40 по асфальту загрохотали колёса. Подойдя к окну, я увидела белый фургон с красной полосой на боку. Мигалка на крыше не горела. За ним во двор въехал серый внедорожник — тот, который во вторник стоял под моими окнами.
Из фургона выбрались двое молодых крепких мужчин. Синие куртки, короткие стрижки. У одного в руках была папка; другой остановился рядом, широко расставив ноги, как стоят охранники. Из второй машины вышел Николай: начищенные ботинки, тёмное пальто, букет хризантем.
Цветы.
Теперь я могла до подробностей представить его на перроне большого города: то же пальто, та же улыбка, тот же букет для меня. Наверное, хризантемы нужны были и здесь — чтобы люди видели заботливого сына, который приехал забрать больную мать.
Следом появилась Оксана. Невысокая, светловолосая, в светлом плаще, с бледным заплаканным лицом. Она открыла заднюю дверь и вывела Павла. В красной куртке, в шапке с помпоном он стоял возле машины и оглядывался.
— Господи, ещё и ребёнка с собой привезли, — сказала позади меня Галина.
— Дверь откроете только после моего разрешения, — тихо предупредила Наталья Денисовна и включила диктофон.
Шаги гулко отдавались на лестнице, пока они поднимались на четвёртый этаж. Потом потянулся длинный настойчивый звонок. За ним — второй. Голос сына за дверью звучал бодро и ласково.
— Мам, открывай, это я! Приехал тебя забрать. Ты ведь так и осталась без билета.
Я посмотрела на адвоката и дождалась её кивка. Андрей Петрович встал, неслышно перешёл в коридор и занял место, откуда его нельзя было разглядеть в глазок. Только тогда я открыла.
— Здравствуй, Николай.
На площадке сын держал цветы и улыбался мне самой тёплой своей улыбкой. Но я смотрела на него иначе. Будто человек, которого годами видишь рядом, вдруг отступил в сторону, и с этого расстояния стали заметны плоское лицо и холодные, глубоко посаженные глаза. Когда он наклонился для поцелуя, я отвернула голову.
— Мам, что с тобой? — удивился он. — Плохо себя чувствуешь? Мы переживали, ты вчера не позвонила.
— Здравствуйте, Лариса Михайловна, — вступил один из мужчин в синих куртках. — Мы приехали из центра «Тёплый берег» по вызову вашего сына. Он рассказал о вашем состоянии. По его словам, вам необходима помощь.
— Входите. Можете не разуваться, у меня холодный пол.
Собственный голос удивил меня спокойствием. Таким тоном я впускала в класс учеников, опоздавших на урок.



Поделитесь впечатлением от истории
2Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Не хочеться вірити, але все можливо.
Опасность!! Предупреждение !!