Внизу Андрей сидел в своем кабинете-библиотеке, пытаясь работать с документами, но буквы расплывались перед глазами. Слова Артема эхом звучали у него в голове: «Вы хотите научиться любить меня?» Простой детский вопрос, но он задел что-то глубокое внутри, до чего Андрей боялся дотронуться.
Неужели Олена действительно манипулировала Артемом? Или она по-настоящему, бескорыстно заботилась о мальчике? И что еще важнее и страшнее — неужели он, Андрей, был ужасным отцом все эти два года после смерти жены? Но на эти вопросы было слишком больно отвечать честно. Проще было обвинить во всем бедную уборщицу и продолжить следовать первоначальному плану. В конце концов, он был успешным бизнесменом. А в бизнесе, когда принимаешь решение, назад не отступаешь. Даже если это решение разрушает жизнь твоего собственного сына.
Через неделю после визита пяти женщин состояние Артема стало критическим. Намного хуже, чем раньше. Галина поднялась принести завтрак и нашла мальчика без сознания на полу в ванной комнате. «Андрей Викторович!» – закричала она в отчаянии, забыв о субординации. «Идите сюда скорее! Беда!»
Андрей бросил телефон и побежал наверх, перепрыгивая через ступеньки. Когда он увидел Артема на холодном кафеле, бледного как мел, без сознания, у него закружилась голова от страха. «Что случилось?» «Не знаю! Пришла принести кашу и нашла его вот так!»
Андрей подхватил сына на руки. Артем был пугающе легким, почти невесомым, и горел как печка. «Вызывай врача! Немедленно! Самого лучшего!» Доктор Владимир, семейный врач, приехал через 20 минут и осмотрел Артема прямо в его кровати. Мальчик пришел в себя, но был слабым, апатичным, смотрел в одну точку и не желал разговаривать.
«Андрей, мне нужно с тобой серьезно поговорить наедине», – сказал врач, закончив осмотр и выйдя в коридор. Они спустились в библиотеку. «Что с ним, доктор? Вирус?» «Физически – сильное истощение, обезвоживание, нервное переутомление. Но корень проблемы не в физиологии, Андрей».
«В каком смысле?» «У твоего сына тяжелая форма детской депрессии. Он буквально позволяет себе умирать от тоски, он потерял волю к жизни». Андрей почувствовал удар, будто земля ушла из-под ног. «Депрессия? Ему 9 лет! Какая депрессия?»
«Дети тоже впадают в глубокую депрессию, особенно когда переживают значительные потери и чувствуют себя брошенными. Но его мать умерла 2 года назад, почему сейчас? Я говорю не только о матери, я говорю о недавних потрясениях. Галина рассказала мне, что у вас была работница, к которой мальчик очень привязался».
Андрей напрягся. Опять эта Олена. «Да, была. Но она ушла, потому что манипулировала мальчиком ради выгоды». Доктор Владимир снял очки и серьезно посмотрел на него. «Андрей, я знаю тебя с момента рождения Артема. Могу я сказать тебе правду, как друг, а не как наемный врач?»
«Конечно, говори». «Эта женщина не манипулировала ребенком. Скорее всего, ты просто не смог принять тот факт, что какая-то чужая женщина способна заботиться о твоем сыне лучше и душевнее, чем ты сам». Этот вопрос поразил Андрея как выстрел в упор.
«В каком смысле? Я даю ему все!» «За 2 года сколько раз ты поднимался в комнату Артема ночью, когда он плакал от кошмаров?» Андрей молчал, стыдливо отводя взгляд. «Я много работаю, доктор, я строю империю для него». «Галина сказала мне, что эта «Олена» поднималась к нему каждый раз. Что она знала имена его игрушек, его страхи, его мечты. Это не манипуляция, Андрей. Это забота и материнская любовь».
Андрей молчал, переваривая услышанное. «И еще кое-что. Галина сказала, что те 5 кандидаток в жены приезжали снова и давили на ребенка. Как Артем отреагировал?» «Плохо. Сказал, что ненавидит их». «И ты решил, что это просто каприз?» «Я думал, он привыкнет».
Доктор Владимир покачал головой с осуждением. «Андрей, твой сын умирает от тоски и одиночества. Буквально угасает. Если ты срочно, сегодня же, что-нибудь не предпримешь, могут быть необратимые последствия». «Какого рода?» «Госпитализация в психиатрию, питание через зонд, тяжелые антидепрессанты».
Андрей побледнел. «Настолько серьезно?» «Да. И таблетки тут не помогут. Решение – вернуть этому ребенку то, что ему жизненно необходимо. Того человека, кому он по-настоящему небезразличен. Не ради твоих денег, не ради статуса жены миллионера, а ради него самого».
Когда врач уехал, Андрей остался один в библиотеке, в тишине, нарушаемой только тиканьем часов. Он поднялся к Артему, который спал беспокойным сном, даже во сне его лицо выражало страдание. В этот момент снова зазвонил телефон. Это была неугомонная Виктория.
«Андрей, дорогой, как дела?» «Не очень хорошо, Виктория». «Что-то случилось?» «Артем сегодня утром потерял сознание. Врач был, сказал, что это глубокая депрессия». «Боже мой, бедный мальчик! Мы с девочками как раз говорили о вас. Мы так хотим помочь!»
«Как?» — без энтузиазма спросил он. «Мы кое-что придумали. Как насчет того, чтобы одна из нас пожила у тебя несколько дней прямо в доме?» «Зачем?» «Чтобы профессионально ухаживать за Артемом, помочь ему привыкнуть к женскому присутствию, окружить заботой».
Андрей заколебался. «Не знаю, хорошая ли это идея сейчас». «Андрей, ребенку срочно нужна материнская фигура, а мы готовы. Просто выбери одну из нас, и мы все устроим». «Дай мне подумать». «Нечего тут думать, нужно действовать! Я приеду сегодня вечером с вещами. Буду сидеть с Артемом, пока ему не станет лучше». И она повесила трубку, прежде чем Андрей успел возразить.
В восемь вечера Виктория приехала с двумя огромными чемоданами, словно переезжала навсегда. «Я тут на несколько дней, пока наш мальчик не поправится. Где гостевая спальня?» Галина молча показала комнату и помогла занести тяжелые чемоданы. Но она была крайне обеспокоена. Она знала Артема с пеленок и понимала, что присутствие этой дамы только добьет его.
«Андрей Викторович», — попыталась она робко возразить. — «Вы уверены, что это поможет?»
Обсуждение закрыто.