Кадровичка Зинаида Федоровна сухо пододвинула к нему раскрытую папку, настоятельно порекомендовав подписать документы по собственному желанию без лишних истерик. В заявлении уже красовались позорные строки об увольнении за нарушение дисциплины и профессиональное несоответствие. В панике мастер метнул умоляющий взгляд на Анатолия Борисовича, напомнив о своих заслугах.
Шеф лишь трусливо отвел глаза в сторону, посоветовав смириться с неизбежным. Оставив механическую подпись на бланке, раздавленный Максим на неслушающихся ногах вывалился в коридор. В его звенящей голове пульсировала единственная догадка: к этому краху приложили руку Вера и ее загадочный отец.
Ворвавшись в свою квартиру в половине десятого утра, он застал бледную жену за кормлением Артема. От ярости ударив кулаком по столу так, что задрожали стекла в серванте, он потребовал немедленно связаться с родственником. Захлебываясь от злобы, он приказал отменить всю эту травлю, виня их в своем позорном увольнении.
Девушка невозмутимо отодвинула тарелку с кашей и насухо вытерла ладони о полотенце. Впервые за годы брака в ее взгляде не было ни капли привычного страха — только ледяная, непробиваемая решимость. Твердым голосом она заявила, что не собирается ничего отменять, и теперь тирану придется заплатить по счетам за все пережитые ею страдания.
Озверев от такой непокорности, Максим пересек комнату и отвесил супруге пощечину. Удар был нанесен скорее от осознания собственного бессилия, чем от желания причинить физический вред. Пошатнувшись, Вера даже не проронила слезинки, продолжая смотреть на агрессора с таким открытым презрением, что тому стало не по себе.
Бросившись к выходу, мерзавец пообещал вышвырнуть ее на улицу вместе с ненавистным отпрыском. Громко хлопнув входной дверью, он выскочил из дома, даже не прихватив куртку. Женщина осталась стоять посреди кухни, потирая горящую щеку и вслушиваясь в испуганный плач замершего в стульчике ребенка.
На следующий день под окнами их дома припарковался солидный автомобиль «Тойота Камри». Нервно курящий на балконе Максим заметил, как из салона выбрались двое представительных мужчин. Спустя минуту его мобильный разразился звонком с неизвестного номера, и вежливый, но холодный голос представился службой безопасности металлургического комбината.
Незнакомец сообщил о необходимости обсудить судьбу автомобиля «Ниссан Икстрейл», официально зарегистрированного на Веру Александровну Соколову. Выглянув вниз, бывший мастер понял, что визитеры смотрят прямо на него, приглашая спуститься на короткий разговор. На ватных ногах он вышел к подъезду, где безопасники Андрей Викторович и Сергей Петрович тут же продемонстрировали служебные удостоверения.
Андрей Викторович буднично вручил ему свежую фотографию, на которой краденая машина была припаркована по адресу улицы Заводской. Они были прекрасно осведомлены о том, что коллега Светлана Игоревна Морозова уже полгода выдает чужое имущество за щедрый презент от своего кавалера. Отпираться было бессмысленно — снимок был сделан буквально вчера вечером.
Сергей Петрович сухо резюмировал, что завтра ровно в десять утра законная владелица приедет за своей собственностью. Ключи и документы должны быть подготовлены без лишних задержек и глупых вопросов. Не дожидаясь ответа от онемевшего должника, крепкие парни скрылись в тонированном авто, оставив Максима сжимать мятую распечатку и осознавать полный крах своей выдуманной империи.
Параллельно с этими событиями Людмила Васильевна Соколова находилась в состоянии полнейшего шока в кабинете следователя. Усталая женщина в погонах, Марина Олеговна Степанова, выложила на стол официальное заявление от Петра Николаевича. Документ содержал тяжелейшие обвинения: вымогательство, угрозы расправой и покушение на мошенничество. В доказательство своих слов офицер включила диктофон….
