Отец сохранял ледяное молчание, лишь его губы превратились в суровую, сжатую линию. Артем на руках матери начал беспокойно ворочаться и капризничать, вынуждая ее машинально покачиваться из стороны в сторону. Девушка продолжала свой горький рассказ, понимая, что малейшая заминка заставит ее снова замкнуться в себе навсегда.
Она призналась, что благоверный подчистую выгребает весь ее оклад размером в сорок пять тысяч. На покупку подгузников и детского питания ей милостиво выдавались жалкие три тысячи. При этом тиран имел наглость утверждать, что она обязана быть безмерно благодарной за саму возможность трудиться, а не киснуть в четырех стенах, как обычная домохозяйка.
Когда родитель вновь поинтересовался судьбой иномарки, в его спокойном голосе проскользнули пугающие нотки. Это была первобытная, но мастерски подавляемая холодная ярость, от которой кровь стыла в жилах. Горько усмехнувшись сквозь жгучие слезы, дочь раскрыла и эту постыдную тайну.
Оказалось, что за рулем роскошного авто уже полгода разъезжает некая Светлана — коллега ее супруга по цеху. Наглая разлучница без стеснения хвасталась транспортом, называя его щедрым презентом от своего возлюбленного. Обманутая жена лично застала эту парочку возле торгового комплекса около месяца назад: супруг страстно целовал любовницу, а та с заливистым смехом поглаживала кожаный руль украденной машины.
Петр Николаевич словно окаменел, и лишь нервно пульсирующие на скулах желваки выдавали бурю эмоций. Зимняя вьюга безжалостно засыпала его плечи, превращая фигуру в белую статую, но пенсионер абсолютно не замечал ледяного ветра. Сглотнув ком в горле и крепче прижав к себе Артема, Вера решила озвучить самую страшную часть правды.
Буквально позавчера вечером на пороге их квартиры нарисовалась Людмила Васильевна. С этой властной женщиной невестка всегда держала дистанцию, общаясь исключительно на «вы» даже в собственных мыслях. Компанию свекрови составляли какой-то сомнительный нотариус Валерий Петрович и парочка крепких амбалов. Помрачнев еще сильнее, отец тихим, пугающим тоном поинтересовался целью столь неожиданного визита.
Когда прозвучало, что целью визитеров была отцовская жилплощадь, по спине пенсионера пробежал холодок. Нагрянувшая делегация швырнула на стол бланк дарственной, требуя немедленно переоформить недвижимость на имя Максима. Получив закономерный отказ, свекровь нависла над испуганной девушкой и прошипела свои жуткие угрозы прямо в лицо.
Злобная мегера прямым текстом пообещала, что в случае упрямства ее больной родитель может попросту не проснуться следующим утром. Она цинично намекнула на его слабое сердце, которое способно остановиться в любую секунду от внезапного инфаркта. Выдержав тяжелую паузу, глава семейства плавно и абсолютно спокойно извлек из кармана мобильник.
Его движения оставались пугающе точными и выверенными, словно у профессионала, который ежедневно принимает судьбоносные решения в экстренных ситуациях. Набрав нужную комбинацию цифр, он поднес аппарат к уху и, дождавшись пары гудков, заговорил. Он напомнил Виктору Семеновичу о старом обещании оказать поддержку в любой момент, добавив, что этот день наконец-то настал.
Вера пребывала в полнейшем непонимании, совершенно не осознавая, с кем сейчас общается ее родитель. В ее представлении он всегда оставался обычным тихим инженером, который мирно ушел на пенсию пять лет назад и с удовольствием нянчился с внуком. Завершив короткий диалог, отец убрал телефон и обернулся к своей наследнице.
В его взгляде появилась стальная жесткость и непоколебимая уверенность хищника, точно знающего свой следующий шаг. Будничным тоном мужчина констатировал, что обидчики совершили фатальную ошибку, не потрудившись узнать о его настоящей профессии за последние пятнадцать лет. Они наивно полагали, что связались с безобидным пенсионером, который целыми днями чинит краны соседям и возится с рассадой на балконе…
