И всё же он совершенно бескорыстно тратил своё личное время и задействовал личные связи, чтобы помочь чужой беде. «Почему вы всё это делаете для меня, ведь вы меня совсем не знаете и ничем мне не обязаны?» — тихо и проникновенно спросила она. Андрей смущенно отвел взгляд, и его рука машинально, с нежностью потянулась к рамке с фотографией на рабочем столе.
«Знаете, ровно три года назад я навсегда потерял свою любимую жену после ее очень долгой и тяжелой болезни», — начал он свой грустный рассказ. «Я днями и ночами сидел рядом с ней, крепко держал её за ослабевшую руку и беспомощно смотрел, как она медленно угасает на моих глазах. Самым страшным и разрушительным в те черные дни было именно это всепоглощающее чувство абсолютной, безнадежной беспомощности».
«После её трагической смерти я дал себе твердое, нерушимое мужское слово всегда и во всем помогать людям в беде, если это в моих силах. Это вовсе не какая-то дешевая, показная благотворительность или модный альтруизм ради красивого, благородного жеста», — добавил он, глядя на фото. «Это мой личный, выстраданный способ снова чувствовать себя по-настоящему живым человеком после той страшной, невосполнимой потери».
«Так вы примете мою искреннюю помощь в этом непростом и опасном деле?» — он снова посмотрел ей прямо в глаза, ожидая ответа. «Да, приму с огромной, неописуемой благодарностью», — твердо и без долгих раздумий ответила тронутая до глубины души Лена. В тот прохладный вечер она вернулась домой в очень странном, противоречивом и двойственном эмоциональном состоянии, которого давно не испытывала.
С одной стороны, её по-прежнему беспощадно грызла жгучая злость на подлого Олега и острое желание отомстить ему за растоптанные годы. Но с другой стороны, этот глубокий, откровенный разговор с Андреем оставил в её израненной душе очень тёплое, светлое чувство надежды. Уже очень давно никто из мужчин не смотрел на неё с таким неподдельным, искренним уважением и затаенной нежностью.
Она зашла в спальню к ненавистному мужу, который, как всегда, вальяжно лежал и тупо смотрел очередное крикливое ток-шоу по телевизору. «Эля, мне сегодня к вечеру что-то стало намного хуже, невыносимо сильно болит спина, сделай мне массаж», — капризно и властно потребовал он. Лена молча и с ледяным спокойствием посмотрела на этого жалкого человека, которому она по глупости отдала шесть лучших лет своей жизни.
Она увидела в нем лишь циничного, расчетливого лжеца, наглого манипулятора и безжалостного, самовлюбленного эгоиста, не способного на любовь. «Хорошо, сейчас сделаю», — ответила она абсолютно ровным, безжизненным голосом, чтобы не спровоцировать преждевременный скандал. Её руки машинально и механически разминали его спину, явственно чувствуя под пальцами сильные, абсолютно здоровые мышцы наглого симулянта.
«Ты сегодня какая-то слишком странная и отстраненная, что-то случилось на твоей обожаемой работе?» — подозрительно спросил Олег, почувствовав её ледяную холодность. «Ничего особенного не случилось, просто я очень сильно устала на дежурстве», — резко отрезала уставшая играть свою роль жена. Он презрительно и громко фыркнул, даже не соизволив повернуть свою голову в её сторону, продолжая смотреть в экран.
«А я вот, прикованный к этой проклятой кровати, по-твоему, не устаю целыми днями лежать как бесполезный, гниющий овощ?» — лицемерно возмутился он. «Хоть бы раз искренне, по-человечески пожалела меня, а не постоянно ныла о своей вечной, выдуманной усталости!» — продолжил он свои несправедливые нападки. «Прости меня», — это короткое, лживое слово далось ей с невероятным физическим трудом, больно царапая горло, словно грубая наждачная бумага.
Но она заставила себя его произнести, потому что ей критически важно было доиграть эту унизительную роль до самого победного конца. А неутомимая и деятельная Тамара Васильевна тем временем совершенно не сидела сложа руки в пассивном ожидании развязки. На следующий день она срочно позвонила Лене с новыми, просто ошеломляющими и очень важными для следствия новостями.
«Деточка, я по своим старым каналам выяснила кое-что невероятно интересное про ту самую таинственную Зайку твоего благоверного», — начала заинтригованная соседка. «Что именно вам удалось узнать?» — сердце Лены мгновенно забилось быстрее в радостном предвкушении долгожданной разгадки этой тайны. «Мой бывший коллега неофициально пробил номер второго телефона, по которому твой муженёк постоянно и подолгу звонил по ночам».
«Этот секретный номер, как оказалось, официально зарегистрирован на некую Кристину Олеговну Маркову двадцати пяти лет от роду. И самое интересное в этом деле: эта юная, хваткая особа работает старшим администратором в той самой сомнительной клинике «Медэлит». «Администратором в той клинике?» — Лена в глубоком шоке опустилась на ближайший стул, чувствуя, как от волнения слабеют ноги.
«Именно так, деточка, и по некоторым весьма достоверным данным, она является гражданской женой Пашкова, владельца этой самой криминальной клиники». Все разрозненные кусочки этой безумной головоломки окончательно и бесповоротно сложились в страшную, но абсолютно логичную картину заговора. Олег и эта ушлая Кристина вместе, за спиной у всех, организовали всю эту грандиозную преступную схему личного обогащения…
