Ее следующие слова прозвучали пугающе спокойно, словно она зачитывала судебный приговор постороннему лицу. «Ты всего лишь наш биологический отец, простой донор генетического материала, и это единственная неоспоримая правда». Девушка жестко объяснила, что настоящий, любящий родитель всегда остается рядом со своими детьми именно в трудные минуты.
«Ты добровольно не сделал для нас ничего из этого, сбежав при первых же трудностях, и все заботы взяла на себя бабушка», — констатировала она неопровержимый факт. Глаза Романа вновь покраснели от подступивших злых и бессильных слез жалости к самому себе. Он опустил голову и тихо, почти неразборчиво прошептал какие-то жалкие слова запоздалого сожаления.
Лариса не стала слушать это бормотание и решительно, с громким хлопком закрыла картонную папку. Она холодно напомнила нерадивому отцу, что его внезапное раскаяние никак не возмещает им 18 лет полного отсутствия и равнодушия. Затем девушка грациозно, с прямой спиной подошла к входной двери и широко, приглашающе распахнула ее перед незваным гостем.
В качестве последнего слова девушка язвительно посоветовала ему обратиться за консультацией к любому другому, более компетентному адвокату. Она гарантировала, что в любой конторе он обязательно услышит точно такой же, неутешительный для него ответ по поводу наследства. Роман тяжело, кряхтя поднялся на ватные ноги, выглядя теперь как окончательно и бесповоротно сломленный жизнью старый человек.
Он покорно, шаркая подошвами по паркету, побрел к выходу из светлого дома, который так и не стал его крепостью. Но на какую-то долю секунды мужчина нерешительно остановился у самой открытой двери, не решаясь переступить порог. «Как вы вообще здесь живете без нее?» — тихо, хрипло и почти непроизвольно спросил он напоследок, глядя в пол.
Это был, пожалуй, самый первый по-настоящему искренний, не отрепетированный заранее вопрос с момента его появления на пороге. «Мы живем очень хорошо, мы прекрасно справляемся», — честно, гордо и абсолютно уверенно ответила молодая девушка без малейшей доли иронии. Услышав этот правдивый ответ, мужчина обреченно, тяжело кивнул головой, принимая свое полное поражение.
Он обернулся и посмотрел на стоящего в гостиной Даниила в свой самый последний раз в этой жизни. В глазах родного сына читалось лишь абсолютное, ледяное и всепоглощающее равнодушие сильного, самостоятельного человека к постороннему бродяге. Роман опустил плечи и навсегда ушел в тот солнечный день, больше никогда не сказав своим детям ни единого слова.
Лариса дождалась, пока его шаги стихнут на лестнице, и очень тихо, бережно закрыла за ним входную дверь. Она совершенно не желала тратить свою драгоценную жизненную энергию на театральные, громкие хлопки дверью. Девушка немного постояла в тихом коридоре, восстанавливая дыхание, а затем привычным маршрутом прошла на светлую кухню и машинально поставила чайник…
