— Конечно, продолжаем встречаться. А ты что же думала? Он ведь не старый еще мужик. Ему кое-что еще требуется. Не все же ему тебя обхаживать ради твоей квартиры.
Лена решила, что терять ей больше нечего. Сейчас ей хотелось лишь одного — довести свою соперницу до того состояния, чтобы ей стало плохо.
— Ради моей квартиры? — Галя не сумела скрыть своего удивления.
— А ради чего еще? Что, по-твоему, его держит рядом с тобой? Жалко, ты упала с лестницы ненаверняка. Не пришлось бы сейчас твоему мужу мучиться, ухаживая за инвалидкой.
Слово «инвалидка», второй раз произнесенное наглой любовницей Антона, помогло Гале взять себя в руки и не потерять самообладание.
Женщина спустила с кровати сначала одну ногу, затем, превозмогая боль, вторую. Схватившись за перила кровати, Галина встала на ноги и с вызовом посмотрела в глаза ошарашенной Лене.
— Боюсь, ваши надежды напрасны. Даже если бы со мной что-то случилось, моя квартира досталась бы не только моим детям. Я давно позаботилась об этом, — соврала Галя, подумав, что в ближайшем же будущем действительно займется данным вопросом. — Так что ты, милая моя, зря стараешься, обхаживая человека, у которого абсолютно ничего нет. И унитазы за него чистишь напрасно. Антон слишком жадный, чтобы заплатить тебе за уборку, уж я-то знаю. Я с ним дольше знакома.
Голова Гали кружилась, но она не подавала виду, а победоносно смотрела в глаза соперницы.
— Я… я пойду, извините, — пролепетала Лена и бросилась в прихожую.
Ей отчего-то стало так страшно, словно жена Антона сейчас погонится за ней. Натянув сапоги и схватив свое пальто, Лена выскочила за дверь и помчалась вниз.
Галя упала на кровать. Ее одолевали рыдания, но слез не было. Пережитый стресс сказался иначе. Женщина оглядывалась вокруг расширенными от ужаса глазами. Дыхание ее прерывалось от каждого всхлипа.
Тогда Галя схватила в руки телефон и неподвижными пальцами отыскала нужный номер.
— Олег, вы простите, что я вам звоню, — проговорила она, едва дождавшись ответа. — Понимаете, я сегодня впервые встала на ноги.
— Галя, я в вас не сомневался, — проговорил собеседник и спросил: — И как вам ощущения? Голос у вас какой-то не слишком радостный.
— Да, просто, понимаете, это произошло при таких обстоятельствах. Олег, мне страшно. Не могли бы вы ко мне приехать? Я боюсь не справиться с самой собой и как-то себе навредить.
По щекам Гали потекли слезы, и женщина заплакала в трубку.
— Галя, скажите мне свой адрес, а пока начните делать упражнения, которым я вас учил. Сосредоточьтесь на этом и не прекращайте заниматься до моего приезда. Сделаете?
— Я постараюсь.
Через полчаса Галя, уткнувшись в плечо мужчины, с которым виделась впервые в жизни, если не считать тех нескольких раз, когда они разговаривали по видеосвязи, рассказывала ему обо всем, что с нею случилось за последние полгода.
Олег слушал ее очень внимательно, ни разу не перебив. Лишь когда Галя замолчала, он произнес:
— Знаете, я сейчас скажу вам довольно банальную вещь, но это действительно так. Когда мы сталкиваемся с чем-то, что очень сложно пережить, мы только тогда и начинаем жить. Вы, Галя, и раньше казались мне довольно сильной, а теперь я вижу, что вы одна из самых мужественных женщин, с кем я знаком.
— С чего вы это взяли? Потому что я насквозь промочила слезами ваш свитер?
— Потому что вы даже сейчас способны шутить над собой.
Олег с улыбкой посмотрел на нее.
— Угостите меня кофе? — спросил он. — Я сегодня еще не обедал, так что согласен на бутерброды или что там найдется у вас в холодильнике.
Как только Лена выбежала из подъезда, она сразу позвонила Антону.
— Ты же говорил, что твоя жена не встает, даже не может сама пересесть в коляску, — закричала она в трубку.
— Да, а что?
