Звонок в дверь раздался через месяц — настойчивый, злой, требовательный. В глазок Виктория увидела Валерия и какого-то типа в кожаной куртке с папкой под мышкой, явно не адвоката, скорее «решалу» из девяностых. Она открыла, но не сняла цепочку.
— Впусти! — Голос Валерия звенел от плохо скрываемой злобы. — Нам надо поговорить по-серьёзному.
— Говори здесь, я слушаю.
— Это мой адвокат. — Он кивнул на типа в кожанке. — Мы подаём в суд. Ты обманом заставила меня подписать отказ от наследства, воспользовалась моим состоянием. Ты недостойная наследница, потому что довела мать до смерти плохим уходом, не обеспечила должного лечения.
Виктория сняла цепочку.
— Заходите, раз пришли.
На кухне она усадила их напротив себя за старый стол, положила перед собой ноутбук и стопку папок, демонстративно включила диктофон на телефоне, чтобы они видели.
— Прежде чем вы начнёте свои угрозы, посмотрите вот это, — сказала она спокойно.
Первая папка. Распечатки транзакций с карт Валерия. История ставок на игровых сайтах. Скриншоты переписок с Лилией.
— Это доказательство того, что мой бывший муж три месяца прогуливал деньги в казино и на любовницу, пока я ухаживала за его умирающей матерью.
Вторая папка. Документы фиктивной компании «Днепр Техпостач». Платёжные поручения, сканы поддельных договоров.
— А это доказательство хищения средств с завода через фиктивную компанию. Статья 190, часть 4 Уголовного кодекса Украины, до двенадцати лет с конфискацией.
Третья папка. Заготовка поддельного завещания и медицинская справка о состоянии свекрови на ту дату, заверенная печатью больницы.
— И, наконец, сфабрикованная заготовка завещания с подписью женщины, которая в тот день лежала в коме и физически не могла держать ручку. Статья 358, подделка документов.
«Решала» в кожанке побледнел, вскочил и начал пятиться к двери.
— Слушай, братан, ты мне не говорил про такое… Я в этом участвовать не буду, это не мой уровень.
Он почти выбежал из квартиры, громко хлопнув дверью. Валерий остался один, съёжившийся на стуле.
— Что ты хочешь? — хрипло спросил он, не поднимая глаз.
— От тебя — ничего. — Виктория смотрела на него без ненависти, только с бесконечной усталостью. — Просто исчезни из моей жизни навсегда. Если я ещё раз услышу о каких-то исках или угрозах, всё это уйдёт в полицию и на завод в тот же день.
Он встал, чтобы уйти, сгорбившись как старик. У двери Виктория его остановила:
Обсуждение закрыто.