Плохая примета. Она размахнулась и швырнула кольцо в Днепр. Золотой ободок блеснул в свете фонаря и исчез в черной воде.
— На счастье, — сказала Марина.
Марина вошла в свой новый кабинет. Панорамное окно с видом на собор. Стильная мебель. Запах дорогого кофе. Она теперь региональный директор. Ее карьера взлетела ракетой, как только исчез балласт вечно ноющего мужа и вечных скандалов. Она купила квартиру в ипотеку в хорошем районе Днепра. Первый взнос был солидным, платежи не напрягали.
Вечером она ждала гостей. К ней прилетали родители, чтобы отпраздновать новоселье. А еще должен был зайти Андрей, ее коллега, с которым у них завязывались теплые и спокойные отношения. Без драм, без истерик, на равных.
Марина накрывала на стол, когда телефон звякнул. Сообщение в мессенджере. Номер незнакомый, но аватарка… На фото был Олег — постаревший, опухший, в какой-то грязной куртке.
«Марин, привет. Как ты там? Слышал, поднялась. А у меня тут полный крах. Мать слегла с инсультом. Реально, не придуривается. Денег нет вообще. Кредиторы душат, машина сломалась. Слушай, может, поможешь по старой памяти? Хоть тысяч пятьдесят скинь. Я знаю, у тебя есть. Ты же добрая. Ну, было и было, кто старое помянет… Мы же родные люди. Я все еще люблю тебя».
Марина перечитала сообщение дважды. Родные люди. Люблю. Пятьдесят тысяч. Она представила Олега, сидящего на кухне у матери, в том самом доме, где в нее летела тарелка. Представила Галину Петровну, лежащую без движения, зависимую от сына-неудачника, которого сама же и воспитала таким. Их ненависть сожрала их самих.
Марина не почувствовала ни злорадства, ни жалости. Только брезгливость. Как к таракану. Она нажала «Заблокировать».
Звонок в дверь. Пришли родители и Андрей. Андрей принес огромный торт.
— Заказал в твоей любимой кондитерской, — улыбнулся он. — Надеюсь, ты любишь «Красный бархат»?
Марина посмотрела на торт. Красивый. Яркий.
— Обожаю, — искренне улыбнулась она. — Но только если мы его съедим. А не будем кидаться.
Андрей рассмеялся, не понимая подтекста:
— Обещаю, ни крошки мимо рта.
Они сели за стол. Марина смотрела на своих близких, на уютную квартиру, на мужчину, который смотрел на нее с восхищением, а не с претензией. Она вспомнила тот юбилей. Тот момент, когда она стояла в грязи и унижении. И поняла: это был лучший день в ее жизни. День, когда она убила в себе жертву и родилась заново.
— За новую жизнь! — поднял бокал отец.
— За счастье! — поддержала мама.
— За тебя, Марина, — тихо сказал Андрей, накрывая ее руку своей.
— За меня, — кивнула Марина.
Она откусила кусок торта. Он был сладким, нежным и безумно вкусным. Вкус свободы. Вкус победы.
