Лето прошло между работой и книгами. Максим вставал рано, пока солнце только окрашивало верхушки деревьев. Сначала шёл в сарай, кормил Зорьку и Майку, доил их, насыпал зерно курам. Затем проверял грядки, рыхлил землю, поливал молодые растения. После завтрака начинались более тяжёлые дела: ремонт, прополка, заготовка сена, подготовка товара к рынку.
Вечером, когда жара спадала, он умывался у колодца, ужинал и садился за учебники. Иногда буквы расплывались от усталости, а голова клонилась к столу. Тогда Максим вспоминал, как когда-то шёл по трассе, несмотря на боль в ногах. Учебная задача не могла быть страшнее той дороги. Он перечитывал правило, решал ещё один пример и только потом позволял себе лечь.
Второй огород дал почти вдвое больше овощей. Максим заранее рассчитал расстояние между грядками, распределил полив и вовремя заметил слабые растения. Прошлогодние ошибки больше не повторялись. Картофель вырос ровным и крупным, морковь — сладкой, помидоры — плотными и мясистыми.
Теперь он не просто выполнял указания Ганны Мироновны, а сам принимал решения. Бабушка наблюдала, как он осматривает листья, проверяет влажность земли и ведёт записи, и с улыбкой говорила, что хозяин взрослеет быстрее рассады.
Торговлю тоже удалось организовать лучше. Олег Васильевич предложил ездить на рынок вместе, чтобы не тянуть тележку двадцать километров. Максим стал брать не только овощи, но и козье молоко, приготовленный с бабушкой домашний сыр и немного мёда с пасеки Дорошенко. Они заранее договаривались, какая часть выручки кому принадлежит, записывали количество товара и расходы.
Покупатели узнавали Максима. Кто-то приходил за картофелем, кто-то просил отложить банку огурцов или кусок сыра. Он научился спокойно отвечать на вопросы, честно говорить, сколько продукт хранится, и не преувеличивать достоинства товара. Если попадался повреждённый овощ, откладывал его, не пытаясь продать незаметно.
— Честность возвращает покупателя лучше любой вывески, — одобрял Олег Васильевич.
Максим видел, что фермер прав. Люди возвращались не из жалости к подростку, а потому, что доверяли качеству. Это было особенно важно. Он не хотел, чтобы его прошлое превращалось в способ вызывать сочувствие и получать поблажки. Пусть судят по труду и поступкам.
К концу лета в тетради накопилась сумма, которая год назад показалась бы невероятной. Максим купил Ганне Мироновне тёплую шаль, себе — крепкие ботинки и зимнюю куртку. Остальные деньги разделил: часть на семена, часть на корм, часть оставил неприкосновенной.
Бабушка долго отказывалась от подарка.
— Мне и старая шаль служит.
— Старая продувается, — возразил Максим. — Вы же не позволили бы мне ходить зимой в тонкой куртке. Значит, и я не позволю вам мёрзнуть.
Ганна Мироновна накинула обнову, провела пальцами по мягкой ткани и отвернулась к окну. Максим заметил слёзы, но ничего не сказал. Он понимал: принимать заботу бывает так же непривычно, как когда-то было непривычно ему самому.
В последние августовские вечера школьные книги всё чаще лежали раскрытыми до глубокой ночи. Максим повторял программу и складывал необходимые вещи. Волнение росло. Он умел разговаривать со взрослыми покупателями, мог самостоятельно вести хозяйство, не боялся тяжёлой работы, но мысль войти в класс к ровесникам заставляла сердце биться быстрее.
Ему вспоминались подростки из придорожного городка, вытряхнувшие рюкзак на землю. Одноклассники тоже могли увидеть в нём оборванца из леса, даже если теперь одежда была чистой и новой. Разница заключалась в том, что Максим больше не принимал чужую насмешку за правду о себе.
Накануне первого учебного дня он вышел на крыльцо. Над поляной горели звёзды. Максим поблагодарил за лето, за урожай и книги, затем попросил только одного — не потерять себя среди незнакомых людей. Утром Ганна Мироновна положила ему завтрак, поправила воротник новой куртки и перекрестила на пороге. Максим взял тетради и отправился навстречу школе…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
