— Олечка, я составила график посещений. По воскресеньям вы будете приезжать ко мне на обед. Я запишу, что тебе нужно готовить.
Оля тогда только улыбнулась. Ей казалось, что это временно, что со временем все устаканится. Но график превратился в закон.
Тамара Львовна жила одна в трехкомнатной квартире в старом доме на окраине города. Муж ее умер десять лет назад, и с тех пор вся ее жизнь сосредоточилась на сыне.
— Кириллушка у меня особенный, — любила повторять она. — Ему нужна поддержка. Он же творческий человек, не приспособлен к бытовым мелочам.
Первые полгода Оля терпела. Она готовила по спискам свекрови, выслушивала нотации о том, как правильно жарить котлеты и гладить рубашки. Тамара Львовна оценивала каждое блюдо, поджимая губы:
— Маловато соли. А вот моя мама делала это иначе. Запиши рецепт.
Кирилл молча ел и не вмешивался. Иногда он даже поддакивал матери:
— Мама права, Оль, ты бы действительно попробовала по-другому.
Настоящие испытания начались, когда Тамара Львовна вышла на пенсию. Пенсия у нее была небольшая — пару тысяч. Она позвонила Кириллу и расплакалась в трубку. Оля слышала обрывки разговора:
— Как я буду жить, Кириллушка? Мне же не хватает даже на еду. Я тебя одна растила, все тебе отдавала.
Вечером Кирилл сел напротив Оли за стол. Лицо у него было виноватое.
— Оль, маме тяжело. Мы же не можем бросить ее, правда?…
Обсуждение закрыто.