Я без малейших эмоций взял со стола предложенную фирменную ручку и быстрым росчерком пера молча подписал этот исторический документ. Людмила удивленно заморгала своими накрашенными ресницами, явно сбитая с толку моей совершенно нетипичной и спокойной реакцией на происходящее. Вся ее богатая HR-практика подсказывала, что в такие моменты люди обычно устраивают грандиозные скандалы, угрожают судами, кричат или унизительно плачут. «Вы действительно не собираетесь никак оспаривать это решение руководства в законном порядке?» — недоверчиво спросила она, забирая подписанный лист.
«Нет, не собираюсь; я могу быть свободен и покинуть территорию офиса?» — вежливо, но холодно уточнил я, поднимаясь со своего места. Начальник смены охраны лично проводил меня к грузовому лифту, пообещав, что картонную коробку с моими личными вещами обязательно пришлют курьерской почтой по адресу прописки. Как только металлические двери лифта плотно закрылись, отсекая меня от этого неприятного общества, я наконец-то дал волю эмоциям и искренне, громко рассмеялся. Великий комбинатор Роман Казанцев только что собственными руками совершил свою самую фатальную и глупую юридическую ошибку в жизни.
Официально обвинив меня в краже неких секретных данных, корпорация тем самым документально признала сам факт физического существования этих данных и хранящегося в них криминального компромата. Ровно через час мой телефон радостно зазвонил — это был Максим Волков, спешащий подтвердить успешную реализацию нашего хитрого замысла. «Дима, они отыграли по нашему сценарию просто как по нотам, ни шагу в сторону», — радостно сообщил адвокат. «Незаконное увольнение информатора в качестве прямой мести за разоблачение — это хрестоматийный пример препятствования правосудию», — пояснил он юридические тонкости. «Детектив София Ткачук была просто в восторге и уже официально добавила эту тяжелую статью в растущее пухлое дело Казанцева».
Следующие три долгие зимние недели превратились в изматывающую, напряженную шахматную партию между адвокатами обеих сторон. Нанятый Еленой дорогой юрист по бракоразводным процессам немедленно подал в суд агрессивный иск о полной заморозке всех наших совместных банковских счетов. В своем исковом заявлении он бездоказательно утверждал, что я якобы похитил огромные суммы денег со счетов бывшей компании, готовясь к бегству из страны. В качестве ответного хода мой адвокат Максим хладнокровно предоставил суду подробные банковские выписки по именным кредитным картам самой Елены.
В этих выписках черным по белому значились чудовищные суммы: по сто тридцать одной тысяче гривен еженедельно она спускала на элитные рестораны, спа-салоны и дизайнерские бутики на Печерске. Опытный судья лишь мельком взглянул на эти шокирующие цифры бессмысленных трат и немедленно отклонил нелепое ходатайство ее адвоката в полном объеме. В тот же вечер разъяренная Елена прислала мне короткое, полное злобы текстовое сообщение: «Ты еще горько пожалеешь обо всем этом, что устроил». Я посмотрел на экран смартфона, грустно улыбнулся этой детской угрозе и не стал утруждать себя написанием ответа. Наконец, ранним утром двадцать третьего декабря спецназ НАБУ нанес свой заранее спланированный, сокрушительный и молниеносный удар.
Я с огромным удовлетворением смотрел прямую телевизионную трансляцию этого захватывающего события, сидя на старом диване в тесной квартире Артема. Десятки черных бронированных фургонов спецназа с включенными мигалками плотным кольцом окружили сияющий стеклянный фасад нашей бывшей инвестиционной компании. Спортивного вида детективы в тяжелых тактических бронежилетах непрерывным потоком выносили из здания сотни картонных коробок с изъятой бухгалтерской документацией и жесткими дисками. Новостные телекамеры крупным планом показывали, как всемогущего Романа Казанцева грубо выводят из стеклянных дверей небоскреба в стальных наручниках. Лицо этого некогда надменного хозяина жизни сейчас было землисто-серым от пережитого шока и осознания краха всей его воровской империи.
Тот самый эксклюзивный итальянский галстук за тридцать пять тысяч гривен нелепо и жалко съехал набок, придавая арестованному комичный и жалкий вид. Параллельно с захватом офиса шел не менее масштабный обыск в его роскошном трехэтажном особняке, расположенном в элитном пригороде столицы. Беспилотный дрон центрального новостного канала непрерывно кружил прямо над крышей его поместья, транслируя эксклюзивную картинку задержания на экраны всей замершей страны. Поздно вечером того же насыщенного событиями дня на мой личный номер позвонила уставшая, но невероятно довольная София Ткачук…
