Превозмогая мучительную боль во всем теле, Иван подполз к раненому товарищу и смочил его пересохшие губы последними каплями мутной технической воды из пластиковой фляги. Именно ради этих отважных парней и своей старенькой, ждущей матери он был просто обязан выжить и выбраться из этого бетонного склепа. Рискуя быть немедленно обнаруженным, он сумел тогда найти работающий телефон у убитого вражеского солдата и отправить то единственное короткое сообщение на номер мамы.
В столичной квартире обстановка тем временем накалялась до критического, взрывоопасного предела, угрожая окончательно сломить и растоптать измученную женщину. Вадим начал агрессивно требовать от Марии немедленного подписания каких-то сомнительных юридических бумаг, угрожая в случае отказа пустить в ход свою армейскую гранату. Аферист явно планировал незаконно переписать просторную квартиру на подставных лиц, цинично пользуясь общей неразберихой сурового военного времени и полной беззащитностью своей жертвы.
Когда женщина в истерике наотрез отказалась ставить свою роспись на поддельных документах, взбешенный квартирант с огромной силой швырнул ее прямо на пол. Острая боль пронзила ушибленное колено Марии, но это физическое страдание полностью меркло перед животным ужасом, застывшим в ее широко раскрытых глазах. Вадим навис над ней черной, зловещей скалой, цинично пообещав устроить несчастный случай со смертельной утечкой бытового газа, если она не образумится до следующего утра.
Оставшись в полном одиночестве на холодном линолеуме, Мария очень долго не могла заставить себя подняться из-за душащей боли и сковавшего конечности ледяного страха. Вся ее уютная некогда квартира теперь была насквозь пропитана чужой, враждебной энергией, не оставляя ни единого безопасного уголка для истерзанной души. Она медленно, глотая горькие слезы, поползла к своей крошечной комнате, судорожно сжимая в кармане телефон, который оставался ее единственной надеждой.
Далеко на выжженном войной востоке Иван тем временем разрабатывал свой отчаянный план неминуемого спасения, детально изучая старую схему подземных коммуникаций разрушенного завода. Он прекрасно понимал, что мизерных запасов питьевой воды не хватит даже на двое суток, а его раненые товарищи медленно и мучительно угасали во мраке. Глубокой ночью, когда вражеские патрули на поверхности меняли свои огневые позиции, боец собирался предпринять смертельно опасную вылазку за жизненно важными антибиотиками.
Темнота сырого подвала казалась невероятно плотной и осязаемой, словно тяжелое ватное одеяло, насквозь пропитанное едким запахом пороховой гари и человеческих страданий. Иван предельно осторожно проверил затвор своего трофейного автомата, мысленно прощаясь с каждым из спящих побратимов перед этим рискованным шагом в неизвестность. Сердце бывалого солдата билось ровно и уверенно, ведь он поклялся самому себе обязательно вернуться в родной Киев и обнять маму любой ценой.
Хмурое утро в столице началось с оглушительного, наглого стука в дверь, заставившего измученную бессонницей Марию вздрогнуть и выронить из дрожащих рук чашку. На пороге стоял ее подлый родственник Алексей Коваленко, нервно озираясь по сторонам и трусливо пряча бегающий взгляд от заплаканной хозяйки. Он пришел вместе с каким-то подозрительным, одетым в дорогой костюм нотариусом, чтобы помочь Вадиму довершить его черное дело по незаконному отъему квартиры…
