— Абсолютно, — подтвердила Вера. — Корпоративная почта — собственность компании. Работодатель имеет право проверять переписку сотрудников, если есть подозрения в нарушении трудовой дисциплины или разглашении коммерческой тайны. Это подтверждено судебной практикой.
Кирилл кивнул и вышел из переговорной, доставая телефон.
Павел снова сел во главе стола и посмотрел на Светлану. Она сидела, уставившись в столешницу, и впервые за весь вечер выглядела по-настоящему испуганной.
— Светлана Андреевна, — сказал он тише, — если вы что-то знаете, лучше сказать сейчас. Если выяснится, что вы действительно планировали передать документы конкурентам, последствия будут намного серьезнее. Вплоть до уголовной ответственности.
— Уголовной? — Она подняла на него глаза.
— Статья 183 Уголовного кодекса, — пояснила Вера. — Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую тайну. Наказание — штраф до 500 тысяч или лишение свободы на срок до двух лет. Если разглашение причинило крупный ущерб — до трех лет лишения свободы.
Светлана закрыла лицо руками.
— Я… я не хотела! — начала она, но осеклась.
— Продолжайте, — мягко сказал Павел.
Она помотала головой и выпрямилась, снова пытаясь взять себя в руки.
— Нет! Нет, я ничего не скажу без адвоката.
— Это ваше право, — согласился Павел. — Но расследование от этого не остановится.
Дверь открылась, и вернулся Олег с планшетом в руках.
— Павел Игоревич, я поднял записи с камер, — сказал он. — Есть кое-что интересное.
Он положил планшет на стол и включил видео. На экране появился коридор возле архива. Временная метка показывала вчерашний день, 18 часов 47 минут.
— Смотрите, — Олег указал пальцем. — Вот Светлана Андреевна заходит в архив. Пустые руки, только сумочка на плече.
Все наклонились к экрану. Действительно, на записи было видно, как Светлана прикладывает электронный ключ к считывателю и исчезает за дверью.
— А теперь смотрите, что дальше. — Олег перемотал запись. — Она выходит через 23 минуты.
Картинка пошла дальше. Дверь архива открылась, и Светлана вышла в коридор. В руках у нее была тонкая папка с документами.
— Стоп, — сказал Павел. — Приближай.
Олег увеличил изображение. Папка была самая обычная, картонная, но на ней виднелась красная наклейка с надписью «Конфиденциально».
— Это маркировка документов с коммерческой тайной, — пояснил Геннадий. — Мы используем такие наклейки для контрактов с ключевыми клиентами.
Все посмотрели на Светлану. Она сидела неподвижно, глядя в стол.
— И что дальше с этой папкой? — спросил Павел.
Олег снова переключил запись.
— Дальше она идет по коридору к своему кабинету. Камера там — слепая зона, но через 40 минут она выходит из офиса. Папки уже нет.
— Куда делась папка? — спросил Кирилл, вернувшийся в переговорную.
— Это и нужно выяснить, — сказал Павел, не сводя глаз со Светланы. — Светлана Андреевна, вы что-то хотите сказать?
Она медленно подняла голову. Лицо ее было бледным, красные ногти впивались в подлокотники кресла.
— Я… — начала она, но голос оборвался.
В этот момент зазвонил телефон Кирилла. Он взглянул на экран и посмотрел на Павла.
— IT-отдел, — сказал он. — Говорят, есть срочная информация по почте Светланы Андреевны.
Павел кивнул.
— Включай громкую связь.
Кирилл нажал кнопку, и в переговорной раздался голос системного администратора:
— Кирилл Максимович, мы проверили корпоративную почту Светланы Андреевны Берегай. Обнаружено несколько писем, отправленных на внешний адрес. Письма были удалены из «Отправленных», но мы восстановили их из архива. В одном из писем, отправленном позавчера, есть вложение — файл с договорами.
— И текст письма? — приказал Павел.
Обсуждение закрыто.