Павел напрягся.
— Вот оно. — Да, голос Светланы был спокойным. — Флешка со всеми документами, которые мы обсуждали. Договоры, контактные данные клиентов, стратегический план на следующий год.
— Отлично. — В голосе Касаткина послышалось удовлетворение. — Это именно то, что нам нужно. С этой информацией мы сможем серьезно потеснить Чернявского на рынке.
— А как насчет моего трудоустройства? — спросила Светлана. — Вы же обещали должность директора по персоналу?
— Конечно, конечно, — заверил Касаткин. — Как только вы официально уволитесь, мы сразу оформим вас. Зарплата 250, как договаривались. Плюс бонусы за особые заслуги. За эту информацию я готов добавить еще 100 тысяч сверху.
Павел напрягся. Значит, 350 тысяч стоило для Светланы предать компанию.
— Давайте флешку, — попросил Касаткин.
Шуршание, легкий стук. Видимо, Светлана положила флешку на стол.
— Вот, держите, — сказала она.
— Прекрасно. — Голос Касаткина звучал довольным. — Светлана Андреевна, вы не пожалеете. У нас вы сможете реализовать весь свой потенциал.
— Олег, давай, — коротко скомандовал Павел.
Олег нажал кнопку на телефоне — сигнал участковому. Через 30 секунд в кафе должен был войти сотрудник полиции. Павел выбрался из машины вместе с Верой. Они быстрым шагом направились ко входу. Навстречу им попался полицейский в форме, молодой парень лет тридцати с решительным лицом.
— Старший лейтенант Воронков, — представился он. — Идемте.
Они вошли в кафе. Олег повел их в дальний зал. За столиком у окна сидели Светлана и Касаткин. На столе между ними лежала маленькая черная флешка. Касаткин как раз протягивал к ней руку, когда увидел приближающихся людей в сопровождении полицейского. Лицо его вмиг изменилось: от довольства к непониманию, потом к тревоге.
— Что здесь происходит? — резко спросил он, вставая.
— Владимир Олегович Касаткин? — Воронков достал удостоверение. — Старший лейтенант Воронков. Прошу вас пройти со мной для дачи объяснений.
— По какому поводу? — Касаткин попытался сохранить самообладание. — Я ничего не нарушал.
— По поводу получения информации, составляющей коммерческую тайну, — спокойно сказал Павел, подходя ближе. — Здравствуйте, Владимир Олегович. Мы с вами сегодня говорили по телефону. Помните?
Касаткин побледнел. Его взгляд метнулся к флешке на столе.
— Я… Я не понимаю, о чем вы, — пробормотал он.
— Не надо. — Павел кивнул Олегу.
Тот достал планшет и включил запись. Из динамика полились голоса, разговор, который только что происходил за этим столом. Касаткин слушал, и лицо его становилось все угрюмее.
— Это… Это провокация! — крикнул он. — Незаконная запись!
— Вполне законная, — возразила Вера Язвинская, доставая документы. — Закон разрешает обладателю коммерческой тайны использовать любые не противоречащие закону средства для ее защиты. Аудиозапись в общественном месте законна. Вы находитесь в кафе. Это не частная территория.
— Прошу всех пройти в отделение, — повторил Воронков. — Там составим протокол.
Касаткин опустился обратно на стул, понимая, что попался. Светлана сидела неподвижно, глядя в стол. Слезы текли по ее щекам, размазывая тушь. Павел взял со стола флешку и передал Вере.
— Приобщим к делу, — сказал он. — Идемте.
В отделении полиции составление протокола заняло больше двух часов. Касаткин попытался отрицать все, что было записано, утверждая, что его слова вырваны из контекста и он не понимал, о какой именно информации шла речь. Но когда Вера Язвинская предъявила распечатку переписки Светланы с ним, где черным по белому значились условия сделки, суммы и перечень передаваемых документов, он замолчал.
Павел сидел в холодном коридоре отделения и думал о том, как быстро рушатся репутации. Еще вчера «Статус-Тех» считалась динамично развивающейся компанией, агрессивно, но честно конкурирующей на рынке. А сегодня их директор по развитию пойман с поличным при получении краденой информации. Завтра об этом узнает весь деловой мир их города, послезавтра — всей области. Репутационный удар будет колоссальным.
В половине десятого вечера все было закончено. Протокол подписан, флешка изъята как вещественное доказательство, показания зафиксированы. Касаткин уехал на такси, хмурый и злой. Светлана уехала следом.
— Ну что, Павел Игоревич? — сказал Олег Мячин, когда они вышли на улицу. — Считайте, операция прошла успешно. Все задокументировано, все доказательства собраны.
— Да, — кивнул Павел. — Спасибо за работу. Завтра начнем оформлять иск…
Обсуждение закрыто.