В этих документах подробно расписывались все рейдерские захваты, многомиллионные взятки и факты грязного давления на несговорчивых свидетелей. Авторитет предложил дипломированному юристу немедленно подписать этот приговор, пообещав в противном случае очень долгую и мучительную смерть от плоскогубцев. Поняв, что выбора нет, сломленный Кривцов дрожащей рукой подписал каждую страницу своего собственного билета в ад.
Подписав бумаги, раздавленный юрист спросил, убьют ли его теперь, но Север неожиданно пообещал сохранить ему никчемную жизнь. Вор в законе объяснил, что эти документы завтра же лягут на стол принципиальному следователю в Генеральную прокуратуру. После этого Кривцов гарантированно получит пятнадцать лет самого строгого режима в компании матерых зеков, которые будут очень рады столичному умнику.
Осознав весь ужас перспективы провести полжизни в страшной колонии, юрист умолял авторитета просто застрелить его на месте. Север брезгливо отказал, заявив, что быстрая смерть для такого слизняка была бы слишком легким и несправедливым подарком судьбы. Оставив воющего от отчаяния Кривцова привязанным к стулу, криминальный судья молча покинул сырой подвал.
Через пару дней беглого юриста официально задержали на южной границе с огромной суммой наличных и фальшивым паспортом. Выбитые Севером признательные показания дали делу мощнейший толчок, и суд впаял Кривцову долгих четырнадцать лет строгача с полной конфискацией. В тюрьме некогда лощеного столичного адвоката определили в самый жесткий барак к самым опасным и беспредельным уголовникам.
Теперь оставалось разобраться лишь с двумя ключевыми фигурами: продажным полицейским следователем и самим инициатором всего этого кошмара Грачевым. Майор Сергей Викторович Панин дослужился до должности следователя по особо важным делам, будучи насквозь коррумпированной и продажной тварью. За свои долгие годы службы этот образцовый офицер успел обзавестись шикарной столичной квартирой и дорогой иномаркой, записанными на тещу.
Дело об избитом ветеране майор цинично закрыл за пухлый конверт с пятьюдесятью тысячами условных единиц лично от Грачева. Панин даже не потрудился съездить к потерпевшему в больницу, просто написав в протоколе, что состав преступления полностью отсутствует. Но когда по городу прокатилась волна жестоких расправ над участниками того нападения, следователь понял, что запахло жареным.
Продажный коп позвонил депутату и в панике потребовал вооруженную охрану и дополнительные деньги на срочный побег из региона. Грачев жестко осадил подчиненного, пригрозив, что если майор попытается сбежать или открыть рот, его очень быстро закопают. Оставшись один на один со своим страхом, Панин решил собрать все свои заначки и бежать за границу.
Три дня следователь отсиживался на глухой даче у своей любовницы в далекой и малонаселенной деревне. На четвертое утро он попытался тихо уехать на своей машине, но у калитки его уже ждали люди Севера. Мощный удар по затылку мгновенно отправил продажного полицейского в глубокий нокаут.
Очнулся майор привязанным к скрипучему стулу в каком-то вонючем, заброшенном деревенском коровнике. Напротив него в полумраке сидел легендарный Север, который в деталях рассказал о грязных делах и левых счетах следователя. Вор в законе припомнил Панину, как тот цинично продал избитого ветерана войны за пачку грязных денег..
