— Эвелина не выдержала. — Моя зарплата всегда была выше! Я вношу больше половины платежа по ипотеке! Я оплачиваю все коммунальные услуги!
— Не кричи на моего сына! — свекровь попыталась встать, но поморщилась от боли. — Он в тяжелом состоянии.
— Доктор сказал, ничего опасного, — отрезала Эвелина.
В этот момент в палату заглянула медсестра:
— Прошу соблюдать тишину. Это больница, а не рынок.
Эвелина сделала глубокий вдох.
— Я пришла узнать, как вы себя чувствуете и что вам нужно. Могу привезти необходимые вещи завтра.
— Ничего от тебя не нужно, — процедил Тимур. — Только не трогай мамины сумки. Она будет жить с нами, и точка.
— И вещи пусть остаются в квартире, где я их оставила, — добавила Клавдия Геннадьевна.
Эвелина молча смотрела на них, чувствуя, как внутри что-то обрывается. Перед ней были два совершенно чужих человека. Не муж, которого она любила. Не свекровь, с которой пыталась поддерживать вежливые отношения. Два незнакомца, объединившихся против нее.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Выздоравливайте.
Вернувшись домой, Эвелина долго стояла в прихожей, глядя на сумки свекрови, которые теперь казались зловещими предвестниками краха ее семейной жизни. Она медленно сняла праздничное платье, которое теперь выглядело нелепо, смыла макияж и надела домашнюю футболку. На кухне она налила себе бокал вина. То самое, которое они с Тимуром собирались открыть после ресторана, чтобы продолжить праздник дома.
На столе лежали документы с работы: описание новой должности, контракт, список первоочередных задач. Завтра ей предстояло провести свою первую презентацию в качестве руководителя отдела. Телефон пискнул сообщением. Это была ее подруга Марианна: «Как отметили повышение? Рассказывай».
Эвелина отставила бокал. Как объяснить, что вместо праздника она получила крах всего, что считала своей жизнью? Как описать тот момент, когда человек, которого любишь, превращается в агрессивного чужака?
«Сегодня не могу, — написала она. — Расскажу позже».
Марианна немедленно перезвонила, но Эвелина сбросила вызов. Ей нужно было подумать. Одной. Она прошла в кабинет — свой личный уголок в этой квартире. Здесь она работала, когда приходилось брать проекты на дом. Здесь планировала их семейный бюджет. Здесь мечтала о будущем, которое теперь рассыпалось, как карточный домик.
Сумки свекрови уже стояли возле дивана. В одной из них виднелись рамки с фотографиями: Тимур в детстве, покойный свекор, какие-то родственники. Вещи, которыми Клавдия Геннадьевна собиралась заполнить их пространство, вытесняя все, что принадлежало Эвелине.
«Я не позволю этому случиться», — пронеслось в ее голове.
Она вернулась на кухню и достала блокнот. Аккуратным почерком начала составлять список: позвонить риелтору, узнать о съемных квартирах, проверить личные сбережения, консультация у юриста по вопросу раздела имущества, подготовиться к завтрашней презентации. Почерк был ровным, но внутри все кипело.
Пять лет брака. Пять лет она строила отношения с человеком, который в решающий момент выбрал не ее, а свою мать. Который позволил обращаться с женой, как с прислугой. Который солгал врачам, обвинив ее в агрессии, которой не было.
Эвелина вспомнила их первую встречу на корпоративе компании, где Тимур работал системным администратором. Он казался таким надежным, спокойным, внимательным. Приглашал в кино, дарил цветы, слушал ее рассказы о работе. Когда он познакомил ее с матерью, та была приветлива и доброжелательна.
«Какая умница, — говорила Клавдия Геннадьевна. — И красавица к тому же. Повезло тебе, сынок».
Когда это изменилось? На свадьбе свекровь еще улыбалась, хотя и делала едкие замечания о платье Эвелины, о выборе меню, о гостях. После начались случайные визиты без предупреждения, звонки в неурочное время, расспросы о доходах, намеки на внуков. Эвелина всегда старалась быть терпимой. «Она просто беспокоится о сыне, — говорила она себе. — Ей одиноко, она старой закалки». Оправдания, которыми она кормила себя годами. Но случившееся сегодня перешло все границы.
Абсурдность ситуации поражала. Человек без приглашения врывается в чужой дом, объявляет, что будет здесь жить, и возмущается, когда хозяева пытаются возразить. Эвелина взглянула на часы. Почти полночь. Завтра тяжелый день, нужно хотя бы попытаться выспаться. Но мысли кружились в голове, не давая покоя.
Утро началось со звонка из больницы.
— Алло, — сонно произнесла Эвелина.
— Доброе утро, — раздался голос вчерашнего врача. — Я хотел уточнить кое-что по поводу ваших родственников.
— Да?
— Вчера мы провели дополнительное обследование и выяснили, что у вашей свекрови, помимо перелома, обнаружена трещина в тазобедренном суставе. Ничего смертельного, но ей потребуется более длительное пребывание в больнице и затем реабилитация.
— Понимаю. — Эвелина села на кровати. — Что-то еще?
Обсуждение закрыто.