Она зажала ему рот рукой и ледяным шепотом пообещала сломать шею за малейший звук. В глазах полицейского плескался первобытный ужас — он наконец-то осознал, кого они привезли в свой участок. Оксана проворно обыскала его карманы, завладев связкой ключей, служебным пистолетом Макарова и смартфоном. Затем выверенным ударом в основание черепа она отправила негодяя в глубокий нокаут на ближайшие полчаса. Бесшумно скользнув за решетку, девушка с оружием наготове направилась вверх по лестнице к комнате отдыха.
Подойдя к заветной двери, она прислушалась и уловила пьяные голоса Ткачука и Бондаренко. Вместо шумного штурма, Оксана деликатно, но настойчиво постучала костяшками пальцев по дверному полотну. Недовольный Ткачук распахнул дверь и буквально остолбенел, уставившись прямо в черное дуло пистолета своего напарника. Не дав ему издать ни звука, разведчица сокрушительным ударом рукояти сломала старшему лейтенанту переносицу. Кровь брызнула фонтаном, и здоровяк рухнул на пол, захлебываясь собственными воплями и зажимая разбитое лицо.
Бондаренко попытался выхватить оружие, но кулак Оксаны уже безжалостно врезался в его беззащитный кадык. Мужчина захрипел, сгибаясь пополам, а встречный удар коленом в лоб окончательно лишил его сознания. Вся схватка заняла считанные секунды, продемонстрировав феноменальный уровень подготовки элитного бойца. Ткачук пытался подняться, изрыгая ругательства, но девушка хладнокровно наступила ботинком на его сломанный нос. Затем она переломала ему запястье, заставив выть от невыносимой боли и животного страха перед неминуемой смертью.
Майор напомнила ему слова о том, что она «никто», и пообещала вернуться за их жизнями позже. Забрав у поверженных врагов ключи, она беспрепятственно проникла в кабинет начальника и вернула свою секретную папку. На служебной стоянке Оксана выбрала неприметную серую легковушку, завела мотор найденными ключами и растворилась в предрассветной мгле. Девушка понимала, что вскоре весь личный состав полиции будет поднят по тревоге для ее поиска. Ближайшие несколько дней она искусно скрывалась в заброшенных постройках Сквиры, добираясь туда на попутном транспорте.
Избавившись от угнанного автомобиля, она купила в местном ларьке дешевый кнопочный телефон и немного провизии. Используя сложную систему шифров, Оксана передала полковнику Коваленко детальный рапорт о случившемся инциденте на трассе. Местные телеканалы уже вовсю трубили об опасной вооруженной преступнице, совершившей дерзкое нападение на сотрудников при исполнении. Продажные полицейские перевернули факты с ног на голову, выставив себя невинными жертвами сумасшедшей рецидивистки. Коваленко посоветовал ей затаиться, поскольку местные власти отказывались признавать ее военный иммунитет.
Удача отвернулась от нее на железнодорожной станции в Мироновке, когда она пыталась уехать в столицу. Какая-то бдительная пассажирка с ребенком узнала ее по ориентировкам и незаметно вызвала наряд полиции. Станцию мгновенно оцепили десятки вооруженных силовиков, отрезав все возможные пути к мирному отступлению. Оксана могла бы устроить кровавую бойню, но принципы офицера не позволяли рисковать жизнями гражданских. Она добровольно опустилась на колени и позволила полицейским вновь защелкнуть наручники на своих запястьях.
Этот арест транслировали по всем центральным каналам, смакуя каждую деталь падения «военной преступницы». Судебный процесс прошел в закрытом режиме в Фастове, где продажный судья даже не смотрел в ее сторону. Ткачук, сверкая свежим гипсом на лице, довольно ухмылялся, предвкушая грядущую расправу над строптивой девчонкой. Приговор был суров: три года колонии строгого режима за нападение на власть и попытку побега. Оксана лишь усмехнулась ему в ответ, обещая скорое и невероятно жестокое возвращение…
