— Родион слышал тяжелое дыхание жены, пытающейся осознать информацию. — Я возвращаюсь, — наконец сказала она. — Отменяю все и беру первый рейс.
— Не нужно. То есть я хочу, чтобы ты вернулась, но…
— Родион, нашему сыну осталось жить считанные дни, и ты думаешь, что я останусь здесь?! — Голос Клары стал громче. — Я еду прямо сейчас. Буду максимум к вечеру.
Она повесила трубку, не дав ему ответить. Родион посмотрел на телефон, чувствуя себя еще более потерянным. Как он расскажет Кларе о девочке? О воде. Она решит, что он сошел с ума от отчаяния. И, может быть, она будет права.
Около двух часов дня в дверь постучали. Родион поднял голову и увидел Марину, уборщицу, стоящую на пороге. Она выглядела нервной, теребя в руках тряпку для уборки.
— Родион Андреевич, можно с вами поговорить? — спросила она тихо.
— Конечно, заходите.
Марина вошла медленно, не поднимая глаз от пола.
— Я пришла извиниться за Варю, за то, что случилось вчера и сегодня ночью. Клянусь, я не знала, что она приходит сюда. Когда поняла, что ее нет дома, чуть с ума не сошла. Но Люда сказала, что нашла ее здесь и что вы разрешили ей остаться.
— Не нужно извиняться, — сказал Родион, удивляя сам себя. — Ваша дочь просто пыталась помочь.
— Она помешалась на этой идее спасти вашего сына, — объяснила Марина, наконец посмотрев на Родиона. — С тех пор как узнала, что он в больнице, ни о чем другом не говорит. Все время наполняет эту бутылочку у фонтана и твердит, что вода его вылечит.
— Насчет этого, — начал Родион. — Это правда история про то, что в фонтане есть что-то особенное?
Марина грустно улыбнулась.
— Это старая легенда нашего района. Моя свекровь, бабушка Вари, всегда ее рассказывала. Говорила, что колодец был благословлен, что помогал тем, кто пил из него воду. Но это просто истории стариков, понимаете? То, что люди рассказывают, чтобы иметь надежду, когда больше ничего не осталось. Эффект веры.
— А вы верите?
Марина замялась.
— Мне хотелось бы верить, — призналась она. — Особенно сейчас, когда сама Варя болеет и нуждается в…
— Болеет? — перебил Родион. — Чем?
Марина, казалось, пожалела, что сболтнула лишнее.
— Ничего страшного, просто тяжелая анемия. Врачи сказали, что с правильным лечением она поправится. Но лечение дорогое, и моя страховка покрывает не все. Так что я коплю деньги.
— Сколько вам нужно?
— Родион Андреевич, я не за этим пришла, — быстро сказала Марина. — Я пришла извиниться за Варю и сказать, что поговорю с ней. Она больше не будет вас беспокоить.
— Она не беспокоит, — сказал Родион и понял, что это правда. — На самом деле я хотел бы, чтобы она приходила еще. Если вы позволите, конечно.
Марина посмотрела на него с удивлением.
— Вы хотите, чтобы она приходила?
— Мой сын был рад ее видеть, — объяснил Родион. — Уже несколько недель он по-настоящему не улыбался. Но сегодня утром, когда проснулся, он спросил о ней. Он называет ее Варей.
— Она тоже много о нем говорит, — сказала Марина с маленькой улыбкой. — Говорит, что он ее лучший друг, что они вместе играли в садике у тети Марты.
— Насчет этого… — Родион прочистил горло. — Я не знал, что мой сын ходил в этот садик. Прежняя няня водила его туда без моего ведома.
— Ох, — Марина смутилась. — Я видела их там несколько раз, когда забирала Варю. Он всегда был такой счастливый, играл с другими детьми. Я думала, вы знаете.
— Не знал, — признался Родион. — И когда узнал, был в ярости. Но теперь… теперь думаю, что, может быть, она поступила правильно. Мой сын был там счастлив. У него были друзья. Была жизнь, которую я ему не давал.
Марина промолчала, но ее взгляд был понимающим.
— Приводите Варю снова, — сказал Родион. — Сегодня, если возможно. Думаю, это пойдет на пользу обоим.
— Вы уверены?
