— Посмотрим еще, — сказал он. — Кто с кем останется. У тебя ни прописки, ни работы, ни жилья. А у меня квартира, официальная работа и мать-пенсионерка, готовая помочь с ребенком. Суд разберется.
— Разберется, — согласился Николай.
Денис посмотрел на него:
— Тебя не спрашивают.
— Меня нет, — сказал Николай. — Но адвоката спросят. Садитесь в машину.
Они поехали. Медленно, с достоинством, не убегая, давая понять, что это они сами решили уехать. Машина выкатилась за ворота. Николай стоял посреди двора и смотрел вслед. Потом обернулся.
Алина стояла на крыльце и смотрела на него. Соня подняла голову. Смотрела тоже. Николай подошел к крыльцу:
— Они вернутся, — сказал он.
— Я знаю, — ответила Алина.
— Надо поехать к юристу. Сегодня или завтра.
Она кивнула.
Он поднялся на ступеньку. Они оказались почти одного роста, лицом к лицу. И сказал тихо, только для нее:
— Я тебя одну с этим не оставлю.
Она посмотрела на него. Долго. Потом кивнула. И этот кивок был другим, не просто согласием, что-то в нем скрывалось большее.
Соня смотрела на них обоих поочередно. Потом потерла нос и сказала:
— Я есть хочу.
Николай засмеялся, неожиданно для себя:
— Пошли, — сказал он. — Есть так есть.
Юрист в райцентре принял их на следующий день. Молодой мужчина, деловой, конкретный, из тех, кто умеет слушать быстро и говорить по делу. Звали его Андрей Викторович. Он записал все, что рассказала Алина, задал несколько уточняющих вопросов, без лишних эмоций, как и положено.
Потом сказал:
— Ситуация непростая, но не безнадежная. У мужа действительно есть жилье и работа. Это плюс для него. Но есть и другое. Если вы обращались в травмпункт когда-либо с повреждениями, и там есть записи, это важно.
Алина помолчала:
— Один раз обращалась. Два года назад. Говорила, что упала.
— Медицинская карта существует, — сказал юрист. — Запись есть. Ее можно запросить. Плюс свидетельские показания. Есть люди, которые могут подтвердить факт того, что произошло на трассе.
— Водитель фуры, — сказал Николай. — Алина, ты помнишь хоть что-то? Номер машины, компания какая?
Она подумала:
