— сказал он.
— Хозяин, — подтвердил Николай.
— Слушай, мы по-семейному, без лишнего. — Денис говорил легко, как говорят люди, которые умеют делать вид, что все в порядке. — Жена у меня тут, с дочкой. Недоразумение вышло. Бывает. Я за ними.
— Понятно, — сказал Николай.
— Ну вот, — Денис шире улыбнулся. — Так что без обид, хозяин. Алина! — крикнул он к дому. — Выходи, хватит уже!
Скрипнула дверь. Алина вышла на крыльцо, Соню держала на руках, та спрятала лицо у нее в плече и не смотрела. Алина смотрела на Дениса прямо, без слов. Тамара Ивановна обвела двор глазами. Задержала взгляд на Николае. На сарае, на курятнике. Посмотрела на Алину сверху вниз, привычно, как смотрела всегда.
— Значит, нашла уже, — сказала она. — Недолго думала.
Николай повернулся к ней:
— Эта женщина живет в моем доме, — сказал он ровно. — Ребенок живет в моем доме. Вы заехали без приглашения. У вас есть минута.
Тамара Ивановна открыла рот. Денис перестал улыбаться:
— Полегче, — сказал он. — Ты вообще кто такой?
— Хозяин, — повторил Николай. — Я уже сказал.
— Она моя жена. — Денис шагнул вперед. — Я имею право.
— Вызывай полицию, — сказал Николай. — Заодно объяснишь дежурному, как твоя жена оказалась на трассе в январскую метель в домашней одежде с четырехлетним ребенком, без документов, без телефона, в тапочках.
Денис замолчал.
— Есть свидетели, — добавил Николай. — Есть водитель фуры, который ее увидел и довез до деревни. Я его знаю. Он тоже помнит.
На самом деле Николай не знал никакого водителя. Это Алина рассказала про фуру, которая притормозила на трассе и довезла их до поворота на Краснополье. Но Денис этого не знал. Денис смотрел на него. Улыбки не было.
Тамара Ивановна сделала другой ход:
— Соня! — позвала она сладко. — Иди к бабушке, девочка.
Соня глубже зарылась в мамино плечо.
— Соня! — строже. Девочка не пошевелилась.
Тамара Ивановна повернулась к Алине:
— Документы на ребенка у нас, — сказала она. — Свидетельство о рождении. Ты об этом подумала?
— Подумала, — сказала Алина. Первый раз она открыла рот с тех пор, как вышла на крыльцо. Голос был ровный. Руки, которые держали Соню, чуть напряглись. Николай это видел. Но голос не дрогнул.
— Я подам на развод, — сказала она. — Соня останется со мной. Уезжайте.
Это стоило ей усилий. Он это видел. Но они этого не видели. Они видели женщину, которая смотрит на них спокойно и говорит то, что говорит.
Денис переглянулся с матерью:
