Куртка пахла чужим порошком. Не тем, которым пользовалась Тамара Степановна. Не тем, что стоял у них дома в ванной. Это был запах другого жилища, другой жизни — места, где его дочь провела достаточно времени, чтобы пропитаться им.
На следующий день за завтраком Лера ела овсянку и почти обычным голосом рассказывала что-то про детей во дворе. И вдруг, между двумя ложками, тихо сказала:
— Бабушка говорила, что я должна к нему привыкнуть. Он хороший.
Ложка выскользнула из руки Николая и звякнула о край тарелки.
Он медленно присел перед дочкой.
— Привыкнуть к кому, Лер?
Глаза девочки сразу наполнились слезами. Так плачут дети, которые долго держались, а потом просто не смогли больше.
— Я не могу сказать.
— Хорошо. Тогда скажи другое. Кто был рядом, когда бабушка это говорила?
Наступила длинная пауза.
Лера ковыряла кашу ложкой, размазывая её по краю тарелки. Николай ждал. Не подсказывал, не давил, не пытался силой вытащить из неё признание.
— Мама, — прошептала она.
Николай выпрямился и несколько секунд смотрел в окно. За стеклом продолжалось обычное утро: двор, птицы, женщина с коляской, кто-то хлопнул дверью подъезда.
Мир не остановился.
А должен был.
Инна была там. Не узнала потом. Не догадалась случайно. Не оказалась обманутой собственной матерью. Она присутствовала, когда семилетнему ребёнку объясняли, что нужно привыкнуть к чужому мужчине.
Это была не слабость и не ошибка.
Это был план.
И Леру в этом плане использовали как маленькую деталь взрослого механизма.
Николай ещё накануне предупредил на работе, что возьмёт свободный день. Когда после завтрака Лера ушла играть, он сел за домашний планшет.
Инна когда-то синхронизировала навигатор на нескольких устройствах — для удобства. Она явно не думала, что однажды муж откроет историю поездок.
Теперь Николай видел адрес, которого не должен был знать.
Один и тот же дом в другой части города. Поездки повторялись снова и снова. Район, где у них обоих не было никаких дел.
Банковские уведомления складывались в такую же картину: покупки в магазинах рядом с этим адресом, всегда в рабочее время. Потом он увидел строку, от которой внутри стало ледяно: оплата номера в небольшом отеле на окраине. В подтверждении бронирования стояло второе имя — Виктор Беляев.
— Ну здравствуй, Виктор, — тихо сказал Николай и потёр переносицу…
