Женщина сделала с их телами именно то, о чем позже сухим языком говорилось в первоначальном полицейском рапорте с места преступления. Она собственноручно совершила кровавый акт возмездия, невероятно жестокий, но при этом полный суровой первобытной и даже библейской справедливости. Убитая горем мать действовала абсолютно механически, будто выполняя какую-то скучную, но давно заученную рутинную работу.
Когда со всеми тремя извергами наконец было полностью покончено, она в темноте случайно задела голой рукой раскаленное стекло старой керосиновой лампы. Вспышка боли от ожога была очень острой, но погруженная в свои мысли Галина ее практически даже не заметила. Мстительница лишь вскользь мельком взглянула на стремительно краснеющий сильный ожог на своей ладони, будто он вообще принадлежал кому-то совершенно другому.
Затем она нашла в пыльном углу огрызок белого мела, подошла вплотную к ржавой металлической стене ангара и очень крупными, хоть и немного нетвердыми буквами вывела всего три коротких слова: «Это за нее». После этого вдова молча собрала все свои принесенные вещи — пустую стеклянную бутылку, пластиковые стаканчики и грязную тряпку, в которую был завернут теперь уже окровавленный кухонный нож, — и тихо вышла из ангара прямо в густой предрассветный туман. Галина никем не замеченной вернулась в свою холодную и пустую квартиру, тщательно вымыла под краном лезвие ножа, дотла сожгла окровавленную тряпку в металлической пепельнице и без сил рухнула на кровать, даже не раздеваясь.
Впервые за много бесконечно долгих недель она наконец-то не видела перед закрытыми глазами страшное лицо своей истерзанной преступниками дочери. Теперь в ее опустевшей голове царила лишь абсолютно чистая, звенящая и умиротворяющая тишина. Эту поистине страшную криминальную находку местные жители обнаружили только спустя два долгих дня.
Двое любопытных соседских мальчишек, искавших бесхозный металлолом на продажу, случайно забрели в тот самый заброшенный старый ангар. Пронзительный детский крик, полный неподдельного первобытного ужаса, внезапно разорвал спокойную утреннюю тишину поселка и стал громким сигналом к началу самой последней главы этой кровавой трагедии. Буквально через час у распахнутых дверей ангара собралось практически все население этого небольшого поселка.
Шокированные люди стояли в полном молчании, панически боясь подойти слишком близко к месту преступления, но при этом будучи совершенно не в силах просто развернуться и уйти по домам. Приехавший на вызов следователь Мальцев, на этот раз прибывший не один, а с целой группой захвата, едва увидев жуткую картину внутри помещения, моментально позеленел лицом и пулей выскочил на свежий воздух, чтобы нервно закурить сильно дрожащими руками. Открывшееся их взорам зрелище оказалось по-настоящему чудовищным и тошнотворным даже для самых закаленных и видавших виды суровых полицейских…
