Ее лицо было мокрым от слез и потекшей косметики. «Куда я пойду? У меня же ничего нет… совсем ничего». «Это больше не мои проблемы.
Ты можешь идти на все четыре стороны. Ты свободна». Он произнес это слово «свободна» с такой едкой издевкой, что оно прозвучало как смертный приговор.
Она стояла на пороге, в своем красивом вечернем платье, с идеальным макияжем, и отчетливо понимала, что ей абсолютно некуда идти. У нее не было ни копейки денег, ни телефона, ни друзей, ни жилья. Она была никем.
«Я все сделаю… я буду работать, я буду вашей рабыней, только не выгоняйте меня на улицу!» – истошно молила она, падая на колени. Дмитрий на мгновение задумался, глядя на нее сверху вниз, а потом на его лице появилась та самая страшная, холодная улыбка победителя. «Хорошо», – медленно произнес он.
«Я дам тебе выбор. Ты можешь уйти прямо сейчас и никогда больше не появляться в моей жизни. Или ты можешь остаться здесь. Но не как жена, и даже не как рабыня, а как прислуга.
Ты будешь жить в этом доме. У тебя будет своя маленькая комната — та, что для прислуги, клетушка за кухней. У тебя будет простая еда и рабочая одежда.
Но ты будешь работать от зари до зари. Ты будешь убирать, готовить, стирать, мыть унитазы. Ты будешь прислуживать мне и моей матери.
Ты будешь для нас пустым местом, бесплотной тенью, без права голоса, без права на собственную жизнь и мнение. Каждый божий день ты будешь видеть ту жизнь, которую ты у меня украла. Каждый день ты будешь прислуживать женщине, которую ты почти убила.
Это будет твоя работа, твоя пожизненная каторга. Выбирай прямо сейчас». Елена смотрела на него, потом на темную, враждебную улицу, полную неизвестности.
И она поняла, что это вовсе не выбор. Это был грандиозный финал его мести, самый жестокий и самый справедливый из возможных. «Я остаюсь», – едва слышно прошептала она.
Прошло полгода. Жизнь в доме вошла в новую, размеренную колею. Надежда Петровна полностью оправилась от пережитого.
Она снова звонко смеялась, целыми днями возилась со своими любимыми цветами на клумбе, которую для нее когда-то вскопала Елена, и пекла свои знаменитые пироги. Дмитрий стал спокойнее, мягче. Лед в его сердце начал понемногу таять.
Он много времени проводил с матерью, они гуляли по вечерам, подолгу разговаривали обо всем на свете. Он словно наверстывал упущенное за годы войны время. А Елена стала тенью.
Она жила в крошечной комнатке за кухней. Она вставала раньше всех в доме и ложилась позже всех. Она молча и качественно делала свою грязную работу…
Обсуждение закрыто.