Наконец он выключил экран, повернулся ко мне и тяжело вздохнул.
— Яна, верно?
Я кивнула.
— Яна, я видел тысячи спин за свою практику. Грыжи, протрузии, защемления, последствия травм, врожденные патологии, опухоли. Так вот, — он сделал паузу, внимательно глядя мне в глаза, — у вашего мужа позвоночник, которому позавидует курсант летного училища. Он абсолютно, клинически здоров. Ни единой патологии, которая могла бы вызывать хронические боли. Вообще ни одной.
Воздух вышел из моих легких. Я сидела и смотрела на него, ничего не понимая. Словно он говорил на иностранном языке.
— Но как же? Боль, диагноз, врач…
— Какой врач вам это все наговорил? — мягко спросил он.
— Аркадий Львович, фамилию не помню.
Алексей Кириллович подошел к столу и сел напротив меня. Он взял из папки листы с анализами.
— А вот это, — он покрутил в руках бланк, — вообще филькина грамота. Тут половина показателей выдумана, а те, что реальны, находятся в пределах нормы здорового тридцатилетнего мужчины. Любой студент-первокурсник мединститута скажет вам, что это чушь. Вас разводят, девушка.
Он произнес это спокойно, без осуждения. Но для меня эти слова прозвучали как приговор. Волосы на голове буквально встали дыбом, холодный липкий пот прошиб спину. «Разводят» — одно слово, которое перечеркнуло полгода моей жизни. Мои бессонные ночи, мои три работы, мой страх, мою любовь и жалость. Все это было построено на лжи, на циничной, чудовищной лжи.
— А лекарства?
— «Нейростабил», — прошептала я одними губами.
— Я сейчас быстро пробил по базе, — он развернул к себе монитор компьютера. — В реестре лекарственных средств страні такой препарат не значится, но есть одноименный БАД — биологически активная добавка. Производство сомнительное, продается через одностраничные сайты в интернете. Позиционируется как чудо-средство от всех болезней. Классическая мошенническая схема. Стоит, я полагаю, баснословных денег.
Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова. В голове билась только одна мысль. Он не просто врал. Он заставлял меня работать на износ, чтобы покупать ему витаминки по цене золота. Он смотрел, как я убиваюсь, и продолжал играть свою роль. Он и его подельник — врач.
— Яна, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Алексей Кириллович.
Я подняла на него глаза. Слез не было. Внутри все выгорело дотла. Остался только холод. Ледяная, звенящая пустота, которая постепенно начала заполняться тихой, расчетливой яростью.
— Да, — мой голос был твердым. — Теперь да. Спасибо вам. Огромное спасибо.
Я встала, забрала папку с заключением для «космонавта» и вышла из кабинета. Я знала, что делать.
Мир вокруг изменился. Цвета стали ярче, звуки резче. Я шла по улице, но не видела ни людей, ни машин. В голове была абсолютная, кристальная ясность. Пропали страх, сомнения, жалость. Осталось только одно. Холодное, как сталь, намерение.
Я зашла не домой. Я направилась к большой круглосуточной аптеке. Белые полки, ровные ряды коробочек, тихий гул холодильников. Все здесь было подчинено порядку и логике. Именно этого мне сейчас и не хватало. Я подошла к витрине со средствами для пищеварения. Мой взгляд скользил по названиям, пока не остановился на одном. Самая большая упаковка, самое сильное действие, максимально быстрый эффект.
— Девушка, будьте добры, вот это.
Я ткнула пальцем в стекло. Фармацевт, молоденькая девушка в белом халате, с улыбкой протянула мне коробку. В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось «Любимый». Какая ирония! Я нажала на прием.
— Яночка, ну ты где? — Его голос был слабым, жалобным, идеально отыгранным. — Мне так плохо. Приступ был ужасный после твоего ухода. Я думал, умру. Ты на меня злишься из-за пиццы? Прости меня, я был неправ, сорвался. Только возвращайся скорее.
Я смотрела на коробку в своей руке. На ней было написано: «Мощный слабительный эффект в течение 30-60 минут»…
Обсуждение закрыто.