— Не приходить без приглашения, не лезть в наши финансы, не давать непрошеных советов, не манипулировать. Вот такие.
Свекровь встала, взяла сумку.
— Понятно. Значит, я тут лишняя. Ну что ж, проживу как-нибудь без вас.
Она вышла, хлопнув дверью. Кирилл проводил её взглядом, тяжело вздохнул.
— Опять обиделась.
— Привыкнет. — Ольга допила чай. — Или нет. Её выбор.
Они доели торт молча. Потом Кирилл убрал посуду, Ольга вытерла стол. Рутина — обычная семейная жизнь.
Вечером они сидели на диване, смотрели сериал. Кирилл обнимал Ольгу, и она прислонилась к его плечу. На экране разворачивалась какая-то драма, но Ольга не вслушивалась. Думала о своём. Через полгода родится сын. Они назовут его Артём, уже решили. Кирилл будет на родах, будет держать за руку, подбадривать. Потом они вернутся домой втроём: она, Кирилл, малыш. Начнётся новая жизнь: бессонные ночи, памперсы, кормление, первые улыбки, первые слова.
А Людмила Фёдоровна будет где-то рядом, за границей, которую они установили. Может, смирится, научится уважать. Может, нет. Тогда будет видеть внука раз в месяц, на нейтральной территории.
Ольга положила руку на живот, погладила. Внутри что-то шевельнулось. Лёгкие, едва ощутимые первые толчки.
— Кирилл, чувствуешь?
Он положил свою руку рядом, замер. Ещё один толчок.
— Да… — выдохнул он. — Это он?
— Он.
Кирилл прижался лбом к её животу, прошептал:
— Привет, Артёмка. Я твой папа. Скоро увидимся.
Ольга закрыла глаза, откинула голову на спинку дивана. Впервые за долгие недели почувствовала покой. Настоящий, глубокий. Всё будет хорошо. Не сразу, не легко. Но будет. Потому что самое главное сделано. Границы установлены. Деньги сохранены. Муж на её стороне. Людмила Фёдоровна больше не имеет власти над их жизнью.
Это их семья. Их правила. Их будущее. И пусть свекровь звонит, плачет, манипулирует. Дверь теперь открывается только изнутри. И только тем, кто заслужил доверие. А доверие не покупается слезами и тортами. Оно зарабатывается поступками, уважением, временем.
Ольга гладила живот, чувствуя под ладонью новые толчки. Её мальчик. Её Артём. Он будет расти в доме, где его любят, защищают, где есть границы и правила. Где бабушка — гость, а не диктатор. Где мама с папой принимают решения вместе, а не под давлением извне.
Она открыла глаза, посмотрела на мужа. Он всё ещё сидел, прижавшись к её животу. Разговаривал с сыном, тихо, нежно, обещая быть рядом, защищать, любить. И Ольга поверила. Не до конца, не безоговорочно, но поверила.
Обсуждение закрыто.