— Где и когда?
Макаров назвал место: тот же ресторан «Прага», завтра вечером в семь.
— Приходи один. Мы тоже будем без охраны. Честный разговор.
Андрей повесил трубку.
Серый спросил:
— Пойдёшь?
Андрей кивнул:
— Пойду. Пора заканчивать.
Серый нахмурился:
— Осторожнее. Последний разговор может стать ловушкой.
Андрей усмехнулся:
— Знаю. Но выбора нет.
На следующий день Андрей пришёл в ресторан. Серый, Костян и Лёха ждали снаружи, наблюдали. Внутри за тем же столом сидели трое отцов. Лица угрюмые, измотанные. Андрей сел.
Белов заговорил первым, голос холодный:
— Ты уничтожил мою стройку. Миллионы убытков. Я мог бы тебя убить прямо сейчас.
Андрей посмотрел на него спокойно:
— Мог бы, но не можешь. Потому что если со мной что-то случится, мои люди достанут вас всех. И ваши семьи. Жён, дочерей, внуков. Всех.
Макаров поднял руку:
— Стоп. Хватит угроз. Мы все здесь понимаем: война ни к чему хорошему не приведёт. Мы потеряем деньги, репутацию. Ты потеряешь жизнь. Давайте закончим это. По-взрослому.
Орлов кивнул:
— Мы предлагаем сделку. Окончательную. Ты уезжаешь из Днепра. Мы даём тебе миллион, помогаем с жильём в другом городе, твоей матери — пожизненную пенсию. Ты исчезаешь. Мы забываем тебя. Всё.
Андрей смотрел на них, молчал. Потом сказал тихо:
— Нет. Я не уеду. Это мой город. Моя мать здесь прожила всю жизнь. Я не брошу её. Но вот что я вам скажу. Если вы оставите нас в покое, я оставлю вас. Никаких новых поджогов, никаких угроз. Но если хоть один из вас попытается сделать что-то против меня или моей семьи, я уничтожу вас всех до основания. Это последнее предупреждение.
Трое мужчин переглянулись. Белов стиснул зубы, но кивнул. Макаров вздохнул:
— Ладно. Договорились. Ты — тихо. Мы — тоже. Больше никаких игр.
Андрей встал:
— Больше никаких игр.
Вышел из ресторана.
Прошло полгода. Осень 2015 года окрасила Днепр в жёлтые и красные тона. Город жил своей обычной жизнью. Но для некоторых людей эта осень стала совсем другой.
Кирилл Макаров уехал из Днепра через месяц после того, как его отпустили из больницы. Отец устроил его в столицу, в тихую должность в одной из контор. Кирилл больше не тусовался в клубах, не снимал видео, не издевался над людьми. Шрам на спине напоминал ему каждый день: есть вещи, за которые приходится платить. Он стал тише, замкнутым. Друзья говорили, что он изменился, стал каким-то потерянным, испуганным. Кирилл не спорил….
Обсуждение закрыто.