Семен кивнул с энтузиазмом.
— Она говорила, что у меня подходящие руки для этого, что я чувствую, где спрятана боль.
Андрей посмотрел на Матвея, который слушал все молча, но с полным вниманием. Это был первый раз за много месяцев, когда он видел сына настолько заинтересованным чем-либо.
— Карина, может быть, мы могли бы…
— Нет, даже не думай об этом. — Голос Карины был твердым. — Мы идем домой, и я не собираюсь обсуждать это публично.
Она начала толкать коляску Матвея, но он схватился за колеса, не давая двигаться.
— Папа, пожалуйста, только один раз. Если не сработает, обещаю, что больше никогда не попрошу.
Андрей посмотрел на сына, потом на Семена, потом на Карину. Напряжение в воздухе было почти осязаемым.
— Семен! — сказал наконец Андрей. — Где именно находится это место, откуда ты берешь глину?
— Андрей! — снова запротестовала Карина.
— Это просто вопрос, Карина.
Семен указал в направлении гор, окружающих город.
— Есть тропинка, которая ведет к ручью. Это примерно 20 минут пешком отсюда. Моя бабушка всегда ходила туда рано утром, когда вставало солнце.
— И ты ходишь туда один?
— Да, хожу. С тех пор, как бабушка ушла, я присматриваю за некоторыми людьми из округи. Ничего серьезного, только боли в спине и тому подобное. Но я никогда не пробовал помочь кому-то, кто не видит.
Андрей принял решение, которое удивило даже его самого.
— Хорошо. Как насчет того, чтобы ты пришел завтра к нам домой? Спокойно поговорим об этом.
— Андрей, ты с ума сошел? — прошептала Карина, но достаточно громко, чтобы все услышали.
— Карина, у нашего дома большой сад. Если он хочет что-то попробовать, по крайней мере это будет в контролируемой обстановке. А если не сработает, Матвей увидит, что мы попытались.
Семен улыбнулся впервые с начала разговора.
— Вы правда позволите мне это сделать?
— Поговорим завтра. Ты знаешь, где улица Садовая?
Семен отрицательно покачал головой.
— Это в Цветочном районе. Дом номер 47. Большой, с черными воротами.
— Найду его.
— Тогда договариваемся на завтра в два часа.
Матвей улыбнулся так, как Андрей не видел уже много месяцев. Карина же была явно раздражена.
— До свидания, Матвей, — сказал Семен, легко коснувшись плеча мальчика. — До завтра.
— До свидания, Семен. Спасибо.
Когда они уходили, Андрей чувствовал тяжесть молчания Карины. Она толкала коляску с большей силой, чем было необходимо.
— Андрей, надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — сказала она наконец, когда они дошли до машины.
— Я тоже на это надеюсь, — пробормотал Андрей, помогая Матвею сесть в машину.
По дороге домой Матвей был оживленнее, чем за последние месяцы. Он задавал вопросы о парке, о людях, которые там были, о звуках, которые слышал. Словно что-то в нем пробудилось. Карина же молчала всю дорогу. Андрей знал, что его ждет трудный разговор.
Когда они добрались до дома, двухэтажного коттеджа в самом престижном районе города, Андрей помог Матвею выйти из машины, пока Карина вошла прямо внутрь, оставив сумки с покупками в прихожей.
— Папа, — сказал Матвей, когда Андрей помогал ему с ремнем безопасности, — ты правда веришь, что Семен может мне помочь?
