Новая работа, новое место, новые люди, прежние обязанности. Я шагала по широкому коридору, стены которого были увешаны картинами в темных позолоченных рамах. Впереди следовала Клавдия, женщина с прямой осанкой и взглядом, полным холодного достоинства.
Она представилась хозяйкой дома. Я старалась дышать ровно, незаметно поправляя на груди приколотое украшение, свой маленький талисман, и надеясь, что этот день действительно станет хорошим началом. Перед тем как прийти сюда, я провела несколько часов в интернете, изучая биографию своего будущего пациента.
Илья Данилович Сухогоров когда-то был настоящим портовым королем, чье имя заставляло конкурентов бледнеть, но в последние годы на снимках в прессе он выглядел лишь тенью самого себя. Богатство осталось, но жизнь, казалось, медленно утекала из этого человека, превращая его в озлобленную руину. Мы вошли в гостиную.
— Дядя, взгляни на нас, — произнесла Клавдия. — Я привела тебе новую сиделку из агентства, ее имя Дарья. Меня уверяли, что она наиболее способная и покладистая.
Старик, сидевший в инвалидном кресле спиной к нам, неспешно развернулся. Его взгляд был тусклым и безжизненным, а в уголках плотно сжатых губ затаилось привычное раздражение на весь мир. Я сделала вдох, собираясь сделать шаг вперед и представиться как положено профессиональной медсестре-сиделке, но ледяные пальцы Клавдии удержали меня за предплечье.
Илья Данилович изучал меня медленно, поднимая взгляд от моих туфель все выше и выше. Его бесцветные глаза равнодушно скользили по фигуре, пока внезапно не замерли на уровне моей груди. Он прищурился.
Я ощутила, как по спине пробежал холодок, еще не до конца понимая, что именно привлекло его внимание. На моей форме тускло блестел изящный плоский морской палтус из черненого серебра. Два выпуклых синих камня вместо глаз рыбы смотрели на магната с невозмутимым спокойствием.
Старик вдруг подался вперед, дрожащим пальцем указывая на украшение. — Откуда это у тебя? — прохрипел он, и от этого скрипучего звука у меня буквально застыла кровь в жилах. Я растерялась.
Мои ладони мгновенно стали влажными. — Это брошь! — едва слышно пролепетала я, инстинктивно прикрывая украшение ладонью….
