Катя сунула ему купюру и выскользнула из машины. Прячаясь за декоративными туями, высаженными у входа, она увидела, как Жанна и её спутник выходят из машины. Свет фонаря упал прямо на лицо мужчины. Катя ахнула и прижала ладонь ко рту.
Это был Константин Витальевич Воронов, лечащий врач мужа. Светило медицины, который с грустным лицом говорил ей о редком аутоиммунном заболевании и выписывал счета с пятью нулями.
— Не может быть, — прошептала Катерина. — Как же так? Вы же клятву врача давали…
Она обошла ресторан сбоку и нашла окно, у которого села парочка. За стеклом в тёплом свете лампы Жанна смеялась, откидывая назад свои роскошные чёрные волосы. Воронов же то и дело поправлял очки и оглядывался по сторонам.
— Ты уверен, что дозировка правильная? — Катя не слышала слов, но догадалась по их губам и выражению лиц.
Воронов что-то нервно объяснял, чертя пальцем по скатерти. Жанна полезла в сумочку. Она достала плотный пухлый бумажный конверт. Его содержимое явно грело душу врачу. Жанна услужливо толкнула конверт по столу. Воронов накрыл его ладонью, на секунду прикрыл глаза, будто борясь с совестью, а потом быстрым вороватым движением сунул во внутренний карман пиджака. Жанна подняла бокал с вином. Её лицо сияло торжеством.
Катя отшатнулась. Головоломка сложилась в её голове. Диагнозы, рецепты, ухудшение состояния Игоря — всё это был один большой спектакль, срежиссированный её лучшей подругой и оплаченный деньгами самой Кати.
— Какие же вы подлецы, — выдохнула она в темноту.
Домой возвращалась словно в тумане. Она не помнила, как снова платила за такси и как поднималась по лестнице. Достала ключи. Замок щелкнул почти бесшумно. Катя приоткрыла дверь и замерла.
В квартире играла бодрая музыка. Не похоронная тишина, которая обычно здесь царила, а ритмичный поп-хит. Катя сделала шаг в коридор. Дверь в гостиную была распахнута. Посреди комнаты, спиной к ней, стоял Игорь — муж, который, по словам доктора, испытывал адские боли при любом движении. Сейчас Игорь делал приседания, глубокие, ритмичные, да ещё и с гантелями в руках.
— Раз, два, три, — считал муж вслух, любуясь своим отражением в зеркале шкафа-купе. — Ягодичные подкачаем и бицуху, а то залежался. Скоро пролежни будут от этой роли умирающего лебедя.
У Кати потемнело в глазах. Она уронила сумку. Музыка оборвалась.
Игорь замер в нижней точке приседа, резко обернулся и, увидев её, побледнел. В одну секунду разжал пальцы, и гантели с грохотом упали на пол, оставив вмятины на паркете. Сам Игорь схватился за поясницу, искривил лицо в гримасе нечеловеческой муки и, издав протяжный стон, рухнул на ковёр.
— Ах! Ох! Катя! Ты уже пришла? — простонал он. — Боже, как скрутило! Я вот встать попытался… Ох, спина! Врача! Катя! Мне нужны обезболивающие!
Она смотрела на этот цирк, и внутри неё словно что-то оборвалось. «Ты думаешь, я совсем идиотка? Думаешь, я не видела, как ты качался минуту назад?» — подумала она, но вслух сказала другое.
Катя бросилась к мужу, изображая панику.
— Игорёк, милый! Боже, что случилось? Ты упал? Как так неосторожно-то?
— Я думал, мне лучше, — простонал Игорь, хватаясь за её руку. — Хотел тебя встретить, сюрприз сделать, а ноги… Ноги отказали!
— Тише, тише, не говори ничего!
Катя с трудом помогала ему подняться и доковылять до дивана. Каждое его притворное оханье отзывалось в ней волной омерзения.
— Я сейчас принесу воды.
— Да, давай скорее, — просипел Игорь, устраиваясь на подушках и прикрывая глаза. — И массаж, помассируй поясницу, умоляю!
Катя ушла на кухню. Она включила воду, чтобы шум заглушил её всхлипы.
— Массаж тебе… — шептала она, наливая воду в стакан. — Я тебе такой массаж устрою, век не забудешь.
Вечер прошёл в привычных заботах. Катя бегала вокруг мужа, поправляла одеяло, слушала его нытьё, но теперь подмечала каждую деталь. Видела, как муж жадно ест котлеты, пока она отворачивается, или бодро печатает что-то в телефоне, стоило ей выйти из комнаты.
— Катя, ты сегодня какая-то нервная, — заметил Игорь ближе к полуночи, откладывая телефон. — Случилось что?
— Устала, — коротко ответила она. — На работе завал. Жанна помогала разгребать.
При упоминании подруги уголок губ Игоря едва заметно дёрнулся вверх.
— Святой человек, повезло тебе с ней, цени её.
— Я и ценю, — тихо ответила Катя, выключая свет. — Очень.
Была глубокая ночь. Игорь храпел, раскинувшись на диване во сне. Катя лежала, глядя в потолок, по которому скользили тени уличных фонарей. Она знала, что должна сделать. Катерина бесшумно встала, подошла к дивану. На тумбочке лежал смартфон мужа. Экран мигнул уведомлением. Она взяла телефон.
«Чувствую себя преступницей».
«Введите пароль». Раньше это были четыре единицы. Она ввела — неверный пароль.
«Ну, конечно, — усмехнулась Катя про себя. — Ты же теперь конспиратор».
Она задумалась. Игорь был эгоистом, но сентиментальным. Он любил только себя и свою мать. Катя ввела день рождения свекрови. Без года. Пятнадцать ноль восемь. Экран разблокировался.
— Вот это да! — одними губами прошептала Катя.
Она открыла мессенджер. Верхний чат был закреплен. Контакт назывался «Зайка». На аватарке — фото Жанны в купальнике. У Кати перехватило дыхание. Она нажала на чат. СМС от «Зайки» гласило:
«Ну что, твоя клуша спит?»
Игорь ответил:
«Вроде да. Она сегодня сама не своя. Может, доза действует?»
«Зайка, конечно, действует. Воронов сказал, пошел накопительный эффект. Еще неделя, и она начнет забывать слова. А там и до психушки недалеко. Или до сердечного приступа. Смотря что быстрее».
«Скорее бы. Надоело ломать комедию. Спина реально затекает лежать целыми днями. Сегодня чуть не спалился. Приседал, а она вошла. Ты там поосторожней, спортсмен. Нам нельзя рисковать. На кону совместный отдых за границей. И свобода».
«Слушай, а с домом ее родителей точно выгорит?»
«Квартира — это хорошо, но за операцию врач просит конский ценник. Плюс билеты. Денег с хаты может не хватить на все, что хотим».
Катя похолодела и быстро пролистнула переписку вниз. «Зайка» снова писала:
«Не бойся. Я пробила по базам. Дом в поселке Сосновка, где живут ее родители, стоит сейчас миллионов двадцать, не меньше. Земля там золотая. А твоя операция — идеальный предлог. Старики ради доченьки и любимого зятя последнее продадут»….
Обсуждение закрыто.