— Отвечай, куда дела деньги со своей карты?! Мать сказала, ты всё сняла! — заорал муж.
Тишину ночи разорвал грохот ломающейся двери. В квартиру ворвался разъярённый муж с криком: «Где деньги с твоей карты? Мать сказала, ты всё сняла!» За его спиной маячила фигура свекрови, которая явно подлила масла в огонь семейного скандала. Женщина молча поднялась с постели и щёлкнула выключателем. То, что открылось взору незваных гостей в три часа ночи, заставило мужчину осесть на пол, а его мать — издать пронзительный вопль.
Ольга закрыла очередную таблицу в Excel и потянулась, разминая затёкшую спину. За окном бухгалтерии строительной компании «Гранит» февральский вечер уже сгущал сумерки, хотя было всего полчетвёртого. Коллеги по отделу собирали сумки, переговаривались о пробках и ценах на продукты. Ольга взглянула на телефон — уведомление от банка.
Зарплата. 70 тысяч ровно, как обычно. Она открыла приложение и привычным движением мысленно распределила сумму: 20 на коммуналку и ипотеку, 10 на продукты, 5 тысяч на проездные и бензин, 3 на связь, а остальное — в копилку или на непредвиденное. Раньше, до замужества, Ольга легко откладывала половину зарплаты. Теперь же в графе «непредвиденное» почти всегда оказывалась одна и та же статья — просьбы свекрови.
Последние полгода Людмила Фёдоровна словно заново открыла для себя, что у невестки есть доход. Сначала просила по мелочи: тысячи три на лекарства, пять на продукты. Ольга давала без вопросов, даже с некоторым облегчением. Пожилая женщина, пенсия маленькая, сын должен помогать, а жена сына, соответственно, тоже. Это нормально, это по-человечески.
Но потом суммы поползли вверх. В декабре Людмила Фёдоровна попросила 30 тысяч на новый холодильник. Старый совсем сдох, даже мастер сказал — не чинится. В январе — 20 тысяч на шубу. «В рассрочку взяла, но первый взнос никак не соберу, а в моём возрасте нельзя мёрзнуть». Ольга отдавала, хотя внутри уже копилось глухое раздражение. Не от самих денег даже, а от того, как это происходило. Людмила Фёдоровна звонила Кириллу. Тот передавал просьбу Ольге, та доставала карту. Цепочка отработанная, без сбоев.
Ольга вышла из офиса и направилась к машине — подержанная Kia Rio, но своя, надёжная. По дороге домой заехала в «Пятёрочку», набрала продуктов на неделю: курица, овощи, крупы, молоко. На кассе пробила чек — четыре с половиной тысячи. Год назад та же корзина стоила три. Ольга поморщилась, упаковала пакеты в багажник и поехала дальше.
Дома, в их двушке на четвёртом этаже панельного дома, было тихо. Кирилл ещё на работе. Он трудился мастером участка на том же строительном объекте, что курировала Ольгина компания. Получал чуть больше, тысяч восемьдесят, но его зарплата уходила в основном на машину, на его увлечения (рыбалка, инструменты). Общий бюджет они толком не вели. Каждый тянул свою лямку. Ольга даже предлагала пару раз свести доходы и расходы в одну таблицу, планировать вместе, но Кирилл отмахнулся:
— Зачем эти сложности? Живём же нормально.
Нормально? Ольга разобрала пакеты, сунула курицу в холодильник, поставила чайник. Села за стол с кружкой чая и снова открыла банковское приложение. Смотрела на цифры и думала. Если каждый месяц отдавать свекрови по двадцать-тридцать тысяч, на что они будут копить? Кирилл мечтал о новой машине. Ольга хотела съездить летом к морю, а ещё неплохо бы отложить на ремонт. Обои в гостиной уже отклеились по углам, линолеум на кухне протёрся. Но каждый раз, когда копилка начинала наполняться, появлялась Людмила Фёдоровна со своими нуждами.
Дверь хлопнула. Вернулся Кирилл. Высокий, широкоплечий, русые волосы коротко стрижены, лицо обветренное. Он скинул куртку, прошёл на кухню, чмокнул Ольгу в макушку.
— Привет! Что на ужин?
— Можно курицу запечь с картошкой, — Ольга встала и открыла холодильник. — Как день?
— Нормально. Бригада план выполнила, прораб доволен. — Кирилл плюхнулся на стул, полез в телефон. — Слушай, мать звонила. Говорит, зайдёт завтра с пирогом.
Ольга напряглась, но виду не подала. Достала противень, начала резать картошку.
— С пирогом — это хорошо. А зачем заходить?
Кирилл пожал плечами, не отрываясь от экрана:
— Ну, соскучилась, наверное. Давно не виделись.
Они виделись позавчера. Людмила Фёдоровна приезжала забрать те самые двадцать тысяч на шубу. Но Ольга промолчала. Включила духовку, сунула туда противень. Ужинали молча. Кирилл рассказывал что-то про работу, про то, что прораб обещал премию к марту. Ольга слушала вполуха, кивала. В голове крутилось: завтра свекровь с пирогом. Значит, будет очередная просьба. Они всегда приходили с чем-то вкусным: с тортом, пирогом, пирожками. Это был ритуал, прелюдия к разговору о деньгах.
После ужина Кирилл ушёл в комнату, улёгся на диван перед телевизором. Ольга помыла посуду, вытерла стол. Посмотрела на часы: половина девятого. Она вспомнила, что вчера записалась на приём к гинекологу, на плановый осмотр. Давно не была, месяца три точно. Надо бы сходить, проверить, что всё в порядке. Последнее время побаливал низ живота, да и цикл сбился. Ольга занесла напоминание в телефон: завтра в обед, клиника на Центральной.
Вечер потянулся привычной чередой: душ, сериал, укладывание спать. Кирилл заснул мгновенно, как всегда. Ольга ещё долго ворочалась, прислушиваясь к его ровному дыханию. Думала о том, что завтра придёт свекровь и снова начнётся. И снова придётся давать денег. И снова промолчать, потому что Кирилл всё равно встанет на сторону матери. Не со зла, просто так проще. «Она одна, мы должны помогать».
Утро следующего дня началось как обычно. Ольга встала в семь, собралась, выпила кофе. Кирилл ещё спал, у него смена начиналась позже. Она уехала на работу, погрузилась в отчёты и накладные. В половине первого вспомнила про врача, предупредила начальницу, что уйдёт пораньше, и поехала в клинику.
Гинеколог, женщина лет пятидесяти с усталым лицом и добрыми глазами, приняла её быстро. Осмотр, вопросы, анализы. Потом врач откинулась на спинку кресла и улыбнулась:
— Ну что ж, Ольга Сергеевна, поздравляю. Вы беременны. Срок небольшой, недели три, не больше.
Ольга застыла, в ушах зашумела кровь.
— То есть… точно?
— Подождите. Анализ крови подтвердит окончательно, но по осмотру и по тесту — да. Вот вам направление на анализы. Список витаминов. Приходите через две недели на УЗИ. Посмотрим, как закрепился плод.
Ольга вышла из кабинета в каком-то оцепенении. Села в машину, положила руки на руль и просто сидела. Беременна. Ребёнок. Они с Кириллом не планировали специально, но и не предохранялись толком последние месяцы. Оба вроде как хотели детей, просто не обсуждали, когда именно. И вот оно случилось.
Первая волна эмоций — радость. Тёплая, распирающая грудь. Ребёнок. Их малыш. Кирилл обрадуется. Точно. Он давно говорил, что хочет сына. Или дочку. В общем, хочет. Но следом пришла вторая волна. Тревога, холодная и липкая. Ребёнок — это деньги. Много денег. Коляска, кроватка, одежда, подгузники, врачи, анализы. Ольга быстро прикинула в уме: на всё необходимое нужно хотя бы 150 тысяч минимум. И это только на первое время. Где их взять, если каждый месяц по 20–30 тысяч утекает к свекрови?
Она завела машину и поехала домой. Всю дорогу думала: сказать Кириллу сразу или подождать? С одной стороны, он муж, отец ребёнка, имеет право знать. С другой — стоит ему сказать, он тут же расскажет матери. А Людмила Фёдоровна… Ольга поморщилась. Свекровь обрадуется, конечно, но тут же начнёт встревать. Советовать, контролировать. А ещё выяснять, сколько денег на ребёнка отложено. И вот тут начнутся новые просьбы: «Дай взаймы, потом вернём. Когда внук родится, всё отдам». Ольга уже видела эту картину как наяву.
Когда она вошла в квартиру, на кухне уже сидела Людмила Фёдоровна. Кирилл был рядом, попивал чай. На столе красовался пирог с яблоками — румяный, пахучий.
— Оленька… — Свекровь встала, широко улыбаясь. — Как я рада тебя видеть! Проходи, садись. Пирог горячий, только из духовки.
Людмила Фёдоровна была женщиной крепкой, невысокой, с короткой стрижкой, уложенной в аккуратные волны. Лицо круглое, щёки румяные, глаза голубые, хитроватые. Одета всегда с иголочки: сегодня тёмно-синее платье в мелкий цветочек, бежевый кардиган, на шее ниточка бус. Выглядела моложе своих шестидесяти двух. Ольга поздоровалась, села. Кирилл отрезал ей кусок пирога.
— Как на работе? — спросила Людмила Фёдоровна, устраиваясь напротив. — Зарплату давно выдали?
Ольга насторожилась. Вопрос прозвучал легко, как бы между делом, но именно такие вопросы обычно были прелюдией.
— Позавчера выдали, — ответила она осторожно.
— Ну и хорошо, хорошо, — свекровь кивнула, отпила чаю. — А сколько сейчас платят? Семьдесят, да?
— Да, семьдесят.
— Неплохо, неплохо. У нас вот пенсия… Смех один. Восемнадцать тысяч. На что жить? — Людмила Фёдоровна вздохнула, посмотрела на сына. — Кириллушка, ты хоть иногда заглядывай ко мне, а то я одна, как перст. Холодильник вот новый поставили. Большой, красивый. Но продуктами-то заполнить нечем.
Ольга едва не поперхнулась чаем. Холодильник? Тот самый, на который она отдала тридцать тысяч в декабре? Значит, действительно купили.
— Мам, ты же знаешь, я занят, — Кирилл виновато пожал плечами. — Но мы помогаем чем можем.
— Знаю, знаю, сыночек. Вы хорошие. — Людмила Фёдоровна перевела взгляд на Ольгу, улыбнулась. — Оленька, ты не обижайся, что я прямо спрашиваю. Просто мне тут одна знакомая сказала: в налоговой можно вычет оформить, если есть выписка по карте за год. Говорят, денежку возвращают. Ты случайно не знаешь, как это делается?
Ольга напряглась…
Обсуждение закрыто.