Все движется. Их поймают.
— Надеюсь, — тихо сказала Марина.
Ночь снова была тяжелой. Ей снились канистры, огонь, дым, запертая дверь квартиры и собственный голос, который никто не слышит. Она просыпалась несколько раз, садилась на диване и прислушивалась к темноте.
Утром ее разбудил звонок Орлова.
— Марина Сергеевна, у нас хорошие новости. Руководителя фиктивной компании задержали ночью. Он дал показания. Подтвердил, что Павел Романов организовал схему вывода денег. Кравцова тоже нашли. Он пытался уехать, но его задержали на автостанции. Второй исполнитель также установлен и задержан.
Марина закрыла глаза.
— Значит… они пойманы?
— Основные участники — да. Кравцов признался, что получил деньги за поджог. Заказчиком назвал Романова. Сейчас все оформляется. Вам нужно будет дать дополнительные показания, но непосредственная опасность миновала.
Слезы хлынули внезапно. От облегчения, усталости, страха, который наконец начал отпускать.
— Спасибо, — прошептала она. — Огромное спасибо.
— Вы сами сделали главное — послушали женщину, которая вас предупредила. Кстати, нам нужно будет найти Анну Матвеевну и взять у нее показания.
— Она обычно сидит у станции. Я покажу место.
— Хорошо. Держите связь.
Марина опустила телефон и закрыла лицо руками. Лидия подбежала к ней.
— Что? Плохие новости?
— Нет, — сквозь слезы сказала Марина. — Хорошие. Их поймали. Все закончилось.
Подруга крепко обняла ее.
Они сидели так долго. Марина плакала уже не от страха, а от того, что наконец могла позволить себе слабость.
Позже, когда она умылась и немного пришла в себя, то сказала:
— Знаешь, что самое страшное? Я проработала там всего два с половиной месяца. И едва не погибла из-за одного вопроса. Одного вопроса про подписи.
— Ты поступила правильно, — сказала Лидия. — Если бы промолчала, они бы продолжали использовать тебя. А когда все вскрылось, сделали бы виноватой именно тебя.
Марина подошла к окну. На улице начинался обычный день. Люди шли на работу, машины стояли в пробках, кто-то нес пакеты, кто-то спешил с кофе в руке. Жизнь продолжалась, как будто ничего не произошло.
— Мне нужно съездить к Анне Матвеевне, — сказала Марина. — Поблагодарить ее.
— Я с тобой.
— Нет. Я сама. Это личное.
Лидия кивнула.
— Тогда будь осторожна.
Марина оделась и поехала к станции. Всю дорогу думала, что можно сказать человеку, который спас тебе жизнь. Словами такую благодарность не выразить.
Анна Матвеевна сидела на своем обычном месте: тот же картон, то же выцветшее пальто, та же жестяная кружка.
Марина подошла и опустилась рядом.
— Анна Матвеевна.
Старушка подняла голову и улыбнулась.
— А, доченька. Жива. Значит, все обошлось?
— Их поймали. И директора, и охранника. Благодаря вашим фотографиям. Вы спасли меня.
Анна Матвеевна махнула рукой.
— Я просто оказалась там, где нужно. А ты сама себя спасла, потому что поверила мне.
— Если бы не вы, я бы погибла.
— Судьба странная штука, доченька. Но я одно знаю точно: ты каждый день видела во мне человека. Не мусор под ногами, не попрошайку, а живую душу. Вот это добро и вернулось.
Марина достала конверт. В нем лежала крупная сумма — почти все, что у нее оставалось после пожара.
— Возьмите. Пожалуйста. Это не плата. Просто от сердца.
Старушка посмотрела на конверт и покачала головой.
— Тебе самой сейчас нужнее. У тебя дом сгорел.
— Я справлюсь. Найду работу, получу выплату, начну сначала. А вам эти деньги нужны сейчас. Не отказывайтесь.
Анна Матвеевна медленно взяла конверт и спрятала в карман.
— Спасибо, доченька. Пусть жизнь тебе добром отплатит.
Марина обняла ее и почувствовала, какая она маленькая и хрупкая. Но в этой хрупкости была удивительная сила.
— Где вы живете?
