— Лида, можно я к тебе приеду? Мне нужно где-то остановиться. На несколько дней.
— Конечно. Езжай прямо сейчас.
— Спасибо. Буду скоро.
Марина поймала такси и поехала к подруге.
Лидия жила в небольшой квартире на окраине, которую снимала уже несколько лет. Когда Марина приехала, подруга встретила ее на пороге, крепко обняла и сразу потянула на кухню.
— Ты выглядишь ужасно. Садись. Сейчас чай сделаю. И рассказывай все.
Лидия была полной рыжеволосой женщиной около тридцати, шумной, прямой и очень преданной. Она слушала Марину, широко раскрыв глаза, несколько раз хваталась за голову и не перебивала только потому, что понимала: если остановить сейчас, Марина может больше не выдержать.
— То есть тебя действительно пытались убить? — выдохнула она, когда рассказ закончился.
— Похоже на то.
— Господи… Может, тебе надо уехать? Спрятаться где-нибудь?
— Следователь сказал оставаться на связи. Они будут разбираться.
Лидия покачала головой.
— Живи у меня сколько нужно. Диван раскладывается, постель есть. И больше одна никуда не ходи, поняла?
— Спасибо, Лида.
Они обнялись. Марина впервые за эти сутки почувствовала, что может заплакать, но сдержалась. Сейчас нельзя было разваливаться. Нужно было держаться.
Весь день прошел в тревожном ожидании. Марина лежала на диване, смотрела в потолок и снова прокручивала последние события. Еще вчера утром у нее была квартира, работа, привычный маршрут. Теперь остался только пепел и ощущение, что прежняя жизнь окончательно оборвалась.
Вечером позвонил следователь Орлов.
— Марина Сергеевна, хочу сообщить первые результаты. Экспертиза подтверждает: пожар устроен намеренно. Горючую жидкость занесли заранее, часть канистр нашли в подвале. Основной очаг был возле вашей квартиры. Она пострадала сильнее остальных.
Марина закрыла глаза.
— Значит, меня действительно хотели убить.
— Все указывает на это. Завтра мы начнем проверку сотрудников вашей фирмы. Пока никому из них не говорите, что были у нас и что знаете о поджоге.
— Хорошо.
— И еще. Если с работы будут звонить, отвечайте осторожно. Лучше вообще не сообщать лишнего.
— Понимаю.
Она поблагодарила и положила трубку.
Лидия сидела напротив и с тревогой смотрела на нее.
— Поджог подтвердили?
Марина кивнула.
— Полиция начинает работать.
— Тогда ты точно никуда отсюда не выходишь без необходимости.
Они легли поздно. Лидия быстро уснула, а Марина долго лежала на диване, слушая ее ровное дыхание и шум редких машин за окном. Перед глазами снова вспыхивали огонь, дым, силуэт Степана с канистрой.
На следующее утро ее разбудило сообщение. На экране высветился номер Киры, секретаря с работы.
«Марина Сергеевна, это Кира из “Финансового вектора”. Вы почему не пришли? Павел Андреевич спрашивает».
Марина застыла с телефоном в руках.
Отвечать или нет?
Через минуту она написала: «У меня чрезвычайная ситуация. Сгорел дом. Сейчас не могу выйти на работу».
Ответ пришел быстро: «Что? Как вы? Вы живы?»
«Да. Передайте Павлу Андреевичу, что мне нужно несколько дней, чтобы решить вопросы с жильем и документами».
«Хорошо. Держитесь».
Марина выключила экран.
Лидия стояла в дверях кухни с кружкой кофе.
— Кто?
— С работы.
— Ты им сказала?
