Просторный погреб под их гаражом всегда ломился от стройных рядов банок, запасы которых приходилось регулярно обновлять каждое лето. За годы брака она скопила внушительную коллекцию кулинарных секретов, включая изысканные маринованные сливы и моченые яблоки, ради которых супруг специально купил дубовую бочку. Мужская половина семьи вообще не представляла себе полноценного ужина без разнообразных солений.
Спиртным в этом доме не злоупотребляли, выставляя на стол лишь по особым случаям, зато баночка хрустящих грибов для разжигания аппетита открывалась регулярно. Куда теперь девать все эти плоды ее кулинарных трудов и для кого стараться у плиты? Пропал всякий смысл варить наваристые супы или лепить домашние пельмени сотнями штук. Исчез сам объект заботы, а вместе с ним испарилась и причина просыпаться по утрам.
Женщина погрузилась в пучину тотальной ненужности и болезненной изоляции от внешнего мира. Будущее представлялось ей мрачным тоннелем без малейшего просвета. Она просто существовала по инерции, бросая все внутренние резервы на борьбу с накатывающими слезами. Логично было бы отвлечься на бытовые хлопоты, но ее жилище и так сияло первозданной чистотой.
Привычные действия с тряпкой и шваброй выполнялись совершенно механически, не принося должного переключения внимания. К тому же, наводить лоск в компактной типовой «двушке» было делом быстрым и нетрудоемким. Скромная комната отдыха вмещала лишь массивный шкаф, зеркальный столик и широкое брачное ложе, которое теперь казалось пугающе огромным для нее одной.
Гостиную украшал круглый стол для трапез, пара уютных кресел напротив экрана, классическая стенка-сервант и диван-кровать погибшего парня. Там же ютился скромный гардероб для его вещей и несколько рядов с любимыми изданиями. Семья привыкла обедать именно в этой комнате, поскольку миниатюрные размеры кухни не позволяли комфортно разместиться троим взрослым людям.
Это была стандартная жилплощадь в панельном доме, лишенная роскоши, но наполненная всем нужным для быта. Однако суровая реальность показала, что главную ценность любого жилища составляют живые обитатели. Смех, совместное планирование досуга и обсуждение дневных событий — вот что делало стены настоящим домом. Лишившись этого фундамента, изящная посуда и красивые элементы декора разом утратили всякое предназначение.
Яркие бутоны комнатных растений распускались на подоконнике, но больше не вызывали улыбки на ее лице. Рыболовные снасти, включая качественные удилища и свежую сеть, сиротливо пылились в углу лоджии. Некому было больше перебирать эти сокровища и гордо приносить по выходным скромный улов с ближайшего водоема. Получив напутственное слово от батюшки, Надежда Ивановна нехотя побрела в сторону своего подъезда.
Всю дорогу она гнала от себя мысли о том, что возвращается в ледяную пустоту нежилого пространства. Снова придется щелкать выключателем в глухом коридоре, молча разуваться и аккуратно пристраивать верхнюю одежду на крючок. Как обычно, она запустит телевещание фоном, не вникая в суть передач, лишь бы заглушить давящее безмолвие стен. На ужин ее ждал только скромный травяной напиток да пара сладких хлебцев.
Желание принимать пищу практически полностью покинуло увядающий организм. В первые дни она еще стояла у плиты по инерции, пока не осознала, что физически не сможет осилить порции, рассчитанные на двоих крепких мужчин. Как-то раз она даже отварила огромную посудину пасты, напрочь забыв о том, что делить трапезу больше не с кем.
Теперь ей оставалось лишь бесцельно бродить из угла в угол, пытаясь найти хоть какое-то применение своим рукам. В прошлой жизни водоворот домашних обязанностей затягивал ее с утра до глубокой ночи. Тогда она часто грезила о благословенных днях, когда бытовая рутина отступит, подарив драгоценные часы для личных увлечений…
