Священник мягко и по-отечески приобнял содрогающуюся от горя прихожанку за вздрагивающие плечи. «Держитесь, родная, нужно найти в себе силы, ведь прошлого уже не вернуть. Каждому из живущих однажды суждено провожать в последний путь тех, кого мы любим больше жизни. Дайте волю слезам, не прячьте их, а я попрошу Всевышнего о даровании вам душевного покоя».
«Поверьте, я каждый день и каждую ночь поминаю ваших близких в своих обращениях к небесам. Дни будут идти, и острая тоска постепенно сменится светлой грустью, Господь никого не бросает в беде. Обопритесь на скамью, отдохните немного, а я останусь рядом, чтобы разделить с вами тишину или произнести совместную молитву».
Вдова была не в состоянии произнести ни звука и лишь благодарно кивала в ответ на эти слова. Спазмы плача сковали ее горло, не оставляя возможности для нормальной речи. Опустившись на деревянное сиденье, она вслушивалась в тихий шепот батюшки, умолявшего небеса о милости к душам ее супруга и единственного наследника. Всего полмесяца назад страшная автокатастрофа навсегда забрала их обоих.
Именно этот духовник проводил погребальный обряд, а в последующие дни регулярно наведывался к ней домой, стараясь вытащить из пучины отчаяния. Настоятель прекрасно понимал весь масштаб трагедии, обрушившейся на плечи внезапно осиротевшей матери и жены. Надежда Ивановна всегда была истовой христианкой, часто посещала службы и приобщала к этому супруга в дни великих торжеств. Периодически компанию им составлял и повзрослевший наследник.
Священнослужитель отлично знал эту добропорядочную семью и искренне скорбел вместе с вдовой. Было невыносимо больно наблюдать, как цветущая и жизнерадостная дама за считанные часы ссутулилась и покрылась густой сединой. Ее счастливая судьба была безжалостно растоптана нетрезвым лихачом, который выскочил на встречную полосу. Несчастная до сих пор находилась в состоянии глубокого шока от внезапно свалившегося горя.
Огромным благом было уже то, что она находила в себе силы приходить под своды храма. Изливать слезы перед алтарем было куда безопаснее для психики, чем выть от безысходности в пустых стенах своего жилища. В церковной общине всегда находились люди, готовые выслушать, подставить плечо и разделить бремя утраты. В то время как домашняя обстановка лишь усиливала ощущение тотальной пустоты и невосполнимости потери.
Каждый предмет интерьера в ее квартире кричал о тех, кто больше никогда не переступит порог. Знакомое мягкое кресло хранило память о вечерах, когда супруг увлеченно следил за детективными расследованиями на экране. На соседнем диване обычно вытягивал уставшие ноги сын, возвращаясь с тяжелой работы. Молодой человек пока делил кров с семьей, но уже всерьез задумывался о собственном гнездышке, планируя скорую помолвку со своей избранницей.
В его планах был переезд на отдельную жилплощадь сразу после официального бракосочетания. Парень даже приступил к активному подбору подходящей недвижимости, но роковой случай оборвал все мечты. Доведенной до отчаяния матери продолжали названивать риелторы с выгодными предложениями о покупке квадратных метров. В ответ она лишь захлебывалась слезами, объясняя чужим людям, что заказчика больше нет в живых, и умоляя избавить ее от дежурных слов сочувствия.
Немного переведя дух, вдова пообещала себе успокоиться и отправиться в свое жилище. Стоило признать, что сегодня приступы рыданий были не такими продолжительными, как в начале недели. Умиротворяющая аура вечернего богослужения действовала на нее как целебный бальзам. Успокаивало даже мерное шипение плавящегося воска возле древних образов.
Наибольшее облегчение наступало в те минуты, когда зал пустел, позволяя ей остаться наедине с Создателем. Парадоксально, но церковное уединение приносило ей долгожданный покой и просветление мыслей. В то же время домашняя изоляция действовала разрушительно, буквально сводя с ума звенящей тишиной.
Воображение то и дело рисовало картины, как супруг появляется из обеденной зоны, вытирая влажные ладони полотенцем, и заводит разговор о любимых закусках. Покойный обожал домашнюю консервацию: от пикантной моркови и квашеной капусты до маринованных томатов и остреньких баклажанов. Сама хозяйка редко притрагивалась к подобной пище, но с удовольствием крутила банки ради гастрономического удовольствия мужа…
