Кабинет наполнился отчетливым голосом самой подозреваемой, которая злобно шипела о больном сердце старика и возможном смертельном инфаркте в случае отказа переписать квартиру. Властная пенсионерка моментально побелела. Она прекрасно помнила ту встречу с нотариусом Валерием Петровичем, но даже представить не могла, что весь ее шантаж записывался на аудио.
Жалкие попытки оправдаться и свести все к неудачному запугиванию были жестко пресечены следователем. Марина Олеговна популярно объяснила, что по закону за подобные угрозы убийством можно отправиться за решетку на пару лет, а статья за вымогательство добавит еще до четырех лет лишения свободы. Осознав всю серьезность своего плачевного положения, алчная старуха впала в отчаяние.
Дожидаться решения ее отправили в тесный изолятор временного содержания, оборудованный двухъярусными нарами и грязным туалетом. Соседками по камере оказались две молодые воровки и прожженная рецидивистка Зинаида, задержанная с запрещенными веществами. Узнав причину ареста новоприбывшей, уголовницы не стали скрывать своей откровенной враждебности.
Молодая девица с татуировкой на шее грубо поинтересовалась, совсем ли старуха потеряла берега, отбирая квартиры у беззащитных пенсионеров. Вся ночь превратилась для вымогательницы в сущий ад: ее толкали, осыпали отборной бранью и категорически запрещали спать. На рассвете старшая по камере Зинаида без колебаний вывернула на голову интеллигентки миску с остатками холодного супа.
Сокамерница со злостью плюнула, заявив, что это справедливое возмездие за всех обиженных стариков. Она припомнила свою покойную мать-сердечницу, скончавшуюся от нехватки лекарств, в то время как такие стервы наживаются на чужих квартирах. Умываясь липким бульоном, гордячка впервые плакала не от злобы или обиды, а от липкого страха и тотального унижения, понимая, что кошмар только начинается.
В течение трех дней лишившийся должности Максим обил пороги пяти различных предприятий. Везде его встречали дежурными улыбками, заставляли заполнять анкеты и клятвенно обещали перезвонить после проверки. Однако исход был всегда одинаковым: спустя сутки приходил стандартный отказ с формулировкой о внезапно закрытой вакансии.
Сидя в дешевом баре на окраине и потягивая низкосортное пиво, неудачник лихорадочно прикидывал варианты дальнейшего выживания. Последние накопления таяли на глазах, оставляя впереди лишь пугающую пустоту. Внезапно за соседним столиком обнаружился изрядно выпивший бывший одноклассник Игорь, трудившийся мастером на механическом заводе.
Захмелевший товарищ подсел к нему и шепотом сообщил, что по всему региону пронеслась разнарядка от самого Крылова. Оказалось, что местные отделы кадров получили строгий приказ: гнать Соколова взашей, не беря даже на должность простого сторожа. Приятель авторитетно заявил, что Максим умудрился насолить кому-то невероятно могущественному.
Выйдя на промозглую ноябрьскую улицу, изгой подставил лицо ледяному ветру, предвещающему снегопад. Проверив экран мобильника, он убедился в полном своем одиночестве — Светлана упорно игнорировала его сообщения уже третьи сутки. В это же самое время Вера с комфортом ехала на такси в сопровождении тех самых суровых безопасников Андрея Викторовича и Сергея Петровича.
В салоне царила гробовая тишина, но девушка ловила себя на мысли, что ей невероятно спокойно. Годы панического ужаса перед мужем, его скандальной матерью и бесконечными криками испарились без следа. На смену страху пришло холодное, непоколебимое желание вернуть свое законное имущество…
