Стоило кому-то из прохожих приблизиться к прилавку, как братья мгновенно сбивались в плотную стайку. Женщина заботливо налила им по стакану питьевой воды, велев пить маленькими глотками, чтобы не простудиться. Средний брат аккуратно принял воду, прошептав слова искренней признательности. Но идиллия была грубо нарушена сухим, издевательским смехом за их спинами.
Это снова появился Рогов, притащивший с собой двоих подозрительных типов с крайне надменными физиономиями. Один из прихвостней сжимал толстую папку, а второй поигрывал дешевой портативной рацией. Местный бандит скалился так широко, будто предвкушал первоклассное шоу. С притворной любезностью он восхитился безграничным сердцем Зинаиды Петровны, раздающей еду всякому сброду.
Он снова ядовито посоветовал ей не лить слезы, когда ее бизнес прикроют. Сироты буквально вросли в асфальт: один отвернулся, другой стиснул зубы, а третий попытался слиться с металлической стойкой. Торговка гордо вздернула подбородок, глядя прямо в лицо опасности. Она с расстановкой чеканила каждое слово, заявив, что эти мальчики — не бродяги, а обычные дети.
Бандит скептически выгнул бровь в ответ, парируя, что сегодня они просят суп, а завтра пойдут чистить чужие карманы. Тип с папкой раскрыл свои бумажки, имитируя бурную служебную деятельность. Он сухо отчеканил, что на эту торговую точку поступила жалоба на жуткую антисанитарию и создание помех для прохожих. От этих казенных формулировок у пожилой женщины внутри все оборвалось.
Слово «антисанитария» всегда было универсальным оружием для уничтожения неугодных на этой улице. Торговка яростно стала защищать свое рабочее место, клянясь, что у нее всегда царит идеальный порядок. Человек с бумагами лишь равнодушно пожал плечами, высокомерно заявив, что степень чистоты будут определять исключительно они сами. Женщина с отчаянием оглядела свои начищенные до блеска банки и сковородки.
Все лежало на своих местах, но она прекрасно понимала законы этого прогнившего мира. Если проверяющим заплатили за то, чтобы найти грязь, они найдут ее без труда. Вымогатель тем временем продолжал мерзко ухмыляться. Рогов тихо процедил сквозь зубы, что предупреждал ее о последствиях упрямства.
Он намекнул, что послушание гарантировало бы ей спокойную жизнь. Зинаида Петровна с трудом сдерживала бушующий в груди вулкан ярости, прямо спросив мерзавца, чего он добивается. Бандит заговорил тише, но специально так, чтобы его слова больно ударили по ушам мальчишек. Он приказал торговке прекратить притягивать проблемы и вышвырнуть детей вон.
В глазах Глеба вспыхнул первобытный ужас, Матвей вцепился в сидушку, а Денис мужественно сделал шаг вперед, закрывая собой братьев. Женщина молниеносно выставила руку, преграждая путь воинственному мальчугану и приказав ему не лезть на рожон. Бандит уловил этот защитный жест и разразился издевательским хохотом. Он громко высмеял появившихся у Петровны крошечных телохранителей, поинтересовавшись, не супом ли она расплачивается за их услуги.
Этот спектакль быстро собрал толпу зевак, желающих посмотреть на публичное унижение. Какая-то базарная торговка проворчала, что из-за таких доброхотов на улице плодится криминал. Байкер, припарковавшийся неподалеку, брезгливо бросил, что сопляков давно пора сдать в детский дом. Жестокие слова прохожих заставили сирот съежиться от невыносимого стыда.
Кровь прилила к лицу торговки, но она заставила себя сохранить хладнокровие. Громко и четко она объявила, что эти ребята никому не причинили зла, они просто едят. В это время инспектор с папкой чуть ли не с лупой начал изучать металлическую тележку. Он театрально втянул воздух носом и поморщился, заявляя о странных запахах…
