— прорычал Кирилл Борисович, хватая сиделку за плечо. — Ты же профессионал, у тебя же диплом!
— Я… я перепутала, флаконы похожи, — заикаясь, выдавила женщина. — Я уже вызвала скорую, они едут.
Хозяин дома схватил телефон и стал куда-то звонить.
— Да где вы? Ребенок уже почти не отвечает, быстрее! — Он метался по комнате, то и дело склоняясь над дочерью. — Скорая уже едет. Потерпи, Лизонька, потерпи, папа здесь.
Кто-то толкнул Шуру в спину, и девушка решилась зайти в комнату. Взгляд ее упал на флакон, потом на сиделку, которая только и могла, что мелко дрожать, отползая в сторону. «Отравилась», — промелькнула мысль, и тут же в памяти всплыло, как строгая бабуля, не церемонясь, лечила ее саму, когда она наглоталась каких-то ягод в лесу.
— Воды! — звонко, перекрывая панику Кирилла Борисовича, крикнула Шура. Она обернулась к застывшей в дверях домработнице. — Воды несите, теплой, много, соли в нее бросьте, и таз, живо!
Домработница, охнув, тут же исчезла и через минуту вернулась с огромным кувшином и тазиком.
— Отойдите, дяденька, — замарашка бесцеремонно отодвинула опешившего мужчину плечом.
Следующие десять минут превратились в борьбу за жизнь. Девушка действовала уверенно, а все остальные лишь остолбенело смотрели в испуге. Она приподняла Лизу и, придерживая ее голову, начала поить. Девочка вяло сопротивлялась, хныкала, но Шура была непреклонна.
— Ну же, милая, глотай еще капельку! — приговаривала она ровным голосом.
Весь мир вокруг нее исчез, лишь это бледное девичье личико и судорожные глотки. Когда кувшин опустел, Шура наклонила девочку над тазом и, пока никто не успел что-либо предпринять, решительно помогла вызвать рвоту. Девочку вывернуло раз, другой. Сиделка отвернулась, закрыв лицо руками. Кирилл Борисович осел на стул, боясь пошевелиться. Процедуру пришлось повторить еще раз, пока желудок не очистился.
Лиза вскрикнула последний раз и обмякла на руках у Шуры. Пугающая бледность постепенно начала отступать. Через несколько минут напряженного ожидания щеки порозовели, а дыхание стало глубже и ровнее. В этот момент в холле послышались тяжелые шаги и голоса врачей.
Хозяин дома вскочил со стула. Пожилой фельдшер, войдя в детскую, быстро оценил обстановку: вялая девочка в постели, открытые флаконы с лекарствами, пустой кувшин в руках Шуры, таз, испуганные люди. Он осмотрел Лизу, проверил пульс и обернулся к отцу.
— Кто проводил промывание?
Обсуждение закрыто.