Его лицо исказила жуткая маска чистой, первобытной ярости, а в бешеных глазах полыхала безумная злоба загнанного в угол зверя. «Ты думала, я не замечу твою дурацкую скрытую камеру и жалкую слежку, тупая, самонадеянная идиотка?!» — заорал он не своим, срывающимся на визг голосом. Он грубо оттолкнул подбежавшего Мишку, отчего испуганный мальчик упал на пол и громко, безутешно заплакал.
«А теперь ты сядешь за стол и напишешь официальное признание, что всё это выдумала в припадке больной ревности!» — угрожающе прошипел муж. «Я ничего не буду писать, ты жалкий вор, трусливый мошенник и ничтожество!» — смело выкрикнула Лена, не отводя взгляда и глядя ему прямо в глаза. В бешенстве Олег угрожающе шагнул к ней, больно схватил её за руку и силой потащил в сторону пустой комнаты, чтобы запереть.
Лена отчаянно и изо всех сил пыталась вырваться из его железной мужской хватки, одновременно пытаясь закрыть собой плачущего от ужаса ребенка. И именно в этот самый критический и страшный момент в их входную дверь властно, громко и непрерывно позвонили. «Полиция, немедленно откройте дверь, или мы прямо сейчас начнем её ломать!» — раздался суровый, не терпящий возражений мужской голос на лестничной площадке.
Олег в панике мгновенно отпустил жену, метнулся к раскрытому настежь окну, но с ужасом понял, что прыгать с третьего этажа слишком высоко и опасно. Входная дверь с треском распахнулась, и в тесный коридор стремительно ворвались вооруженные люди в полицейской форме. Они мгновенно и профессионально скрутили отчаянно сопротивляющегося Олега и жестко заломили ему руки за спину, надев наручники.
«Черняков Олег Валерьевич, вы официально задержаны по подозрению в крупном мошенничестве в составе организованной группы», — зачитал свои права старший офицер. «Это какая-то чудовищная ошибка, отпустите меня, я же тяжело болен и совершенно не могу ходить!» — жалко и неубедительно завизжал изворотливый лжец. «Для безнадежно лежачего инвалида вы слишком резво бегали по квартире», — презрительно усмехнулся один из крепких полицейских.
Из-за широких спин оперов наконец-то появились бдительная, довольная собой Тамара Васильевна и запыхавшийся от быстрого бега Андрей. «Я услышала ваши крики через стенку и сразу же позвонила своим ребятам из отдела», — деловито пояснила старая сыщица дрожащей Лене. Олега под усиленным конвоем вывели из квартиры, а Лена наконец-то смогла крепко обнять и успокоить своего рыдающего сына.
«Папа делал очень плохие и незаконные вещи, он долго обманывал нас, поэтому его забрали хорошие люди», — доступно объяснила она плачущему Мишке. Следующие невероятно напряженные дни слились для Лены в один бесконечный и изматывающий поток сухих протокольных событий и процедур. Бесконечные, выматывающие допросы в кабинетах следственного комитета сменялись нервными очными ставками и изнурительными беседами с бесплатными адвокатами.
Дело о преступной, коррумпированной клинике «Медэлит» оказалось невероятно масштабным и вызвало огромный, небывалый резонанс в местной и федеральной прессе. Выяснилось, что Олег был далеко не единственным предприимчивым клиентом этой хорошо отлаженной, многолетней криминальной сети мошенников. Его хитрая, молодая любовница Кристина была жестко задержана прямо в кабинете клиники при попытке спешно уничтожить жесткие диски с базой данных.
Она оказалась не просто случайной подружкой, а полноправной и очень важной участницей этой банды, массово изготавливавшей поддельные медицинские заключения. «Черняков планировал в ближайшее время забрать все общие деньги и тайно сбежать за границу, оставив вас с огромными, неподъемными долгами», — сообщил ей следователь. Лена молча слушала этот сухой протокольный отчет и с леденящим ужасом понимала, с каким бессердечным чудовищем она по незнанию прожила шесть лет.
Но, несмотря ни на что, её жизнь продолжалась, и теперь рядом с ней были верные друзья и надежный, по-настоящему любящий ее Андрей. Громкий судебный процесс состоялся в самом конце холодного, снежного февраля при полном зале дотошных журналистов и обманутых пострадавших. Олег, сидящий на жесткой скамье подсудимых в наручниках, выглядел сильно похудевшим, необычайно жалким и полностью сломленным человеком…
