«У тебя все хорошо?» — тихо и участливо спросил он. Сергей коротко кивнул, но его печальный взгляд снова и снова упрямо тянулся к окну, где под огромным кедром неподвижно лежал Арктас. «Он просто очень устал, — хрипло прошептал Сергей. — Он слишком много всего пережил вместе со мной».
Иван сочувственно положил руку ему на напряженное плечо. «Мы все сейчас находимся рядом с ним. И он это тоже прекрасно чувствует». Поздно ночью свежий снег легко лег на промерзшую землю мягким, чистым покрывалом. Яркие звезды висели над лесом пугающе низко.
Полная луна ярко освещала небольшую поляну прямо перед домом, где Арктас вдруг медленно, с огромным трудом поднялся на свои дрожащие лапы. Он в последний раз тоскливо оглянулся на родное крыльцо и медленно направился к огромной сосне — именно туда, где уже давно покоился Барс. Сергей поспешно вышел следом за ним, будто интуитивно почувствовал этот безмолвный зов.
У самого основания старого, могучего дерева, чьи ветви, казалось, тихо шептали истории уже трех поколений, хаски бессильно опустился на холодную землю. Сергей молча сел рядом с ним и бережно подложил свой теплый плащ прямо под его тяжелую голову. Сквозь поседевшие белые ресницы пса в последний раз тускло блеснул отраженный свет холодной луны.
«Спасибо тебе за все, — едва слышно сказал Сергей, глотая подступающий ком в горле, — за то, что преданно прошел со мной весь этот страшный путь.
За то, что когда-то выбрал именно меня». Арктас глубоко вдохнул в самый последний раз — очень медленно и ровно, словно под вечный ритм этих гор, — и тихо, навсегда закрыл свои глаза.
Вокруг не было ни дуновения ветра, ни скрипа мерзлых веток — стояла лишь абсолютная тишина, невероятно глубокая и почтительная.
Сергей низко наклонился, крепко прижал холодеющую собачью голову к своей груди и остался сидеть в такой позе до самого утра. Он сидел так, пока самые первые теплые лучи восходящего солнца не коснулись макушек высоких сосен.
Он с почестями похоронил Арктаса прямо рядом с могилой Барса. Земля была очень твердой от ночного мороза, но она странно легко поддавалась под уверенными, сильными ударами его лопаты. Как будто сама тайга прекрасно понимала, кого именно она сейчас принимает в свои вечные корни.
На большом плоском камне, случайно найденном неподалеку, Сергей своим острым ножом глубоко вырезал короткие слова: «Здесь навсегда покоится верность». И когда он, наконец, тяжело встал на ноги с колен, крупные снежинки медленно закружились вокруг него легчайшим хороводом. Казалось, что сама суровая природа скорбно склонила свою голову перед уходом старого, верного друга.
Годы неумолимо шли дальше своим чередом. Знаменитое синее убежище постепенно росло, крепло и становилось настоящим местом силы для многих людей. К каждой весне сюда пешком приходили совсем молодые ветераны войны на востоке Украины. Кто с тяжелыми телесными ранениями, кто с потерянными, пустыми глазами, отчаянно пытавшимися заново найти внутренний мир.
К дождливой осени сюда часто приезжали уставшие путники, заблудившиеся лесники и просто люди, чудом пережившие свою личную жизненную бурю. И абсолютно всех их неизменно встречал постаревший Сергей. Он был все таким же широкоплечим, но теперь уже с густой седой бородой и глазами, которые стали абсолютно спокойными, как глубокие горные озера…
