Стандартный 20-футовый контейнер весил около двух тонн в пустом виде и мог вместить до 28 тонн груза. Ржавчина покрывала его стенки толстым слоем, а морские жёлуди и водоросли говорили о том, что контейнер провёл в море не один год. По всему было видно, что его выбросило на берег во время сильного шторма. Песок и камни были нагромождены вокруг металлической коробки, словно море пыталось спрятать свою добычу. — Что же ты такое? — пробормотал рыбак, обходя находку кругом.
На боковой стенке ещё можно было разобрать выцветшие буквы Maersk и какие-то цифры. Maersk — датская транспортная компания, один из крупнейших операторов контейнерных перевозок в мире. Их синие контейнеры можно встретить в любом порту планеты. Номер контейнера частично стёрся, но Михаил смог разобрать «МАМК-789». Остальные цифры были неразборчивы.
Михаил попытался открыть массивные двери, но они были заперты на огромный амбарный замок, покрытый коркой ржавчины. Замок был размером с кулак, явно промышленного образца. Такими обычно запирают склады и ангары. Металл потемнел от соли и времени, но держался крепко. Вернувшись к катеру за инструментами, он взял молоток, зубило и ломик.
В ящике с инструментами лежали также плоскогубцы, отвертки и небольшая ножовка по металлу — стандартный набор рыбака, который должен уметь починить всё что угодно в открытом море. Работа предстояла нелёгкая. Замок сопротивлялся отчаянно, но Михаил был упорным человеком. Почти час он долбил по металлу, пока наконец замок не треснул и не упал на камни с глухим звуком. Сердце бешено колотилось, когда Михаил потянул за тяжёлые ручки дверей.
Они подались со скрипом, открывая тёмную пасть контейнера. Внутри пахло морем, металлом и чем-то сладковатым, незнакомым. Внутри стояли ряды деревянных ящиков, аккуратно уложенных и закреплённых стропами. Ящики были сделаны из качественной фанеры и выглядели довольно новыми, несмотря на долгое пребывание в море. Герметичность контейнера защитила груз от воды.
На первый взгляд ничего особенного — обычный груз. Но когда Михаил ломиком вскрыл первый ящик, его охватило изумление. Внутри, в герметичных пакетах, лежали длинные чёрные стручки. Даже через упаковку чувствовался невероятно насыщенный, сладковатый аромат. Стручки были длиной около 15–20 см, темно-коричневого, почти чёрного цвета, слегка маслянистые на ощупь.
Михаил не сразу понял, что это такое, но инстинкт подсказывал: находка дорогая. Ваниль — одна из самых дорогих пряностей в мире после шафрана. Натуральная ваниль получается из стручков орхидеи ваниль плосколистная, которая растёт только в тропических регионах. Основные производители — Мадагаскар, Коморские острова, Реюньон и Таити. Процесс выращивания и обработки ванили крайне трудоёмкий.
Цветы орхидеи опыляют вручную, стручки собирают недозрелыми, затем подвергают сложному процессу ферментации, который длится несколько месяцев. В результате получается продукт, который на мировом рынке стоит от 200 до 600 долларов за килограмм. Дома Михаил показал несколько стручков жене Анне. Она работала поваром в местном кафе и сразу узнала находку. — Миша, это же ваниль! Настоящая ваниль! — воскликнула она, осторожно нюхая стручок.
— Знаешь, сколько это стоит? Один килограмм такой ванили в Киеве продают за тысячи гривен. Анна знала толк в специях. В кафе у причала она готовила десерты для туристов, которые изредка заезжали в поселок. Искусственный ванилин, который продавался в магазинах, стоил копейки, но настоящая ваниль была роскошью, доступной только дорогим ресторанам.
Один стручок качественной мадагаскарской ванили в столичных магазинах стоил от 120 до 200 гривен. Михаил почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Если в контейнере действительно тонны ванили, то откуда она взялась? — спросила Анна. — Это же чей-то груз. Может, надо в полицию обратиться?
