От неожиданного, парализующего шока он навсегда выпустил из рук тяжелый металлический ледобур, который тут же скрылся в темной речной глубине. Мужчина отчаянно забарахтался, с трудом вынырнул на поверхность и отчаянно попытался выбраться на спасительный, белый край коварной полыньи.
Он судорожно цеплялся закоченевшими, не слушающимися пальцами за скользкую кромку льда, но тот лишь предательски и безжалостно крошился под его руками. Ледяная речная вода неумолимо тянула его замерзающее, стремительно теряющее последние крупицы жизненных сил тело вниз, на темное илистое дно.
Тяжелая зимняя одежда, толстый овчинный тулуп и валяные сапоги мгновенно намокли, превратившись в пудовые гири, неумолимо тянущие ко дну. Намокшая одежда тяжелела с каждой бесконечно долгой, наполненной невыносимым ужасом секундой этой неравной, страшной борьбы за собственную жизнь.
Сергей судорожно хватал ртом морозный воздух, с ужасом чувствуя, как его напряженные мышцы сводит смертоносная, непреодолимая ледяная судорога. Каждое новое отчаянное движение отнимало у старого рыбака последние, стремительно тающие в ледяной воде драгоценные крупицы физической энергии.
Вода безжалостно обжигала кожу тысячью невидимых ледяных игл, проникая сквозь все слои его намокшей, ставшей невероятно тяжелой одежды. Перед глазами Сергея начали плыть темные круги, а звуки окружающего морозного мира стали казаться пугающе глухими и бесконечно далекими.
Он попытался громко позвать на помощь, но из замерзшего, сведенного спазмом горла вырвался лишь слабый, прерывистый и совершенно неразборчивый стон. Ветер безжалостно бросал ему в лицо колючую снежную пыль, словно злорадно насмехаясь над его совершенно беспомощным, отчаянным положением.
В эти страшные мгновения вся его долгая, полная радостей и горестей жизнь яркой вспышкой пронеслась перед его стремительно угасающим сознанием. Мужчина отчетливо и с леденящим душу ужасом понял, что сам, без посторонней помощи, он уже никак не выберется из этой смертельной ловушки.
Надежды на чудесное спасение не было абсолютно никакой, ведь вокруг, на многие сотни метров, не было видно ни одной живой человеческой души. Туман, оказавшийся в момент страшного провала чуть поодаль, в дикой, неконтролируемой панике метался по безопасному краю черной полыньи…
